Сюрпризом и бонусом оказался орден от Гогенцоллернов, которым он наградил меня и Антона сразу же после канцлера. Pour le Mérite.

Когда я понял, чем меня старикан Гогенцолерн награждает, я чуть в голос не заржал.

Надо же обладать таким извращённым чувством юмора! За уничтожение линии французских ДОТов наградить меня орденом Гогенцоллернов с надписью на французском! Аплодирую стоя!!

Лично у меня сарказм до такого уровня ещё не прокачан.

А вообще-то бардак у немцев с наградами.

Ну, ничего. Нам завтра в Москву с Антоном лететь. По дороге я ему, как потенциальному канцлеру, мозги основательно промою. Не должно быть в стране посторонних, не государственных наград, если не хочешь двоевластия! А у них куча орденов и медалей в ходу, кроме имперских наград. Тут тебе и прусские, и баварские и ещё всякие разные награды.

Заодно и экипажам наших бомбардировщиков немецкие ордена перепали. Каждый по Германскому кресту получил. Как я понял — это какая-то промежуточная награда между Железным и Рыцарским крестом.

А вот архимаги и пилоты МБК остались без наград. Оно и понятно. Их тут не было, ибо — диверсанты. Подчеркнули нам, что никакого отношения ни кайзер, ни Германия к развалинам герцогского замка не имеют.

Нас-то немцы наградили за ДОТы, которые мы с Антоном на обратном пути разнесли, благо, бомбардировщики их солидно расковыряли, а мы, когда возвращались, за час с лишним успели восстановить запас Силы, перекачав её с резервных накопителей.

Десяти Комет х3 каждому ДОТу с лихвой хватило.

Три миллиона франков в хлам!

Задумаешься тут — Сбруя всё-таки дорогая штука или не очень, если такие результаты позволяет устраивать.

* * *

— Не пытайся накормить меня тухлой рыбой!

Что-о-о… Это я сказал?

Я, конечно, кто же ещё.

Сам не успел понять, отчего вдруг меня так на японские обороты речи пробило.

Впрочем, с этим потом разберусь, когда разнос Степану закончу. Нет, ну это надо же! Так меня подставить!

Ладно, расскажу обо всём по порядку…

Бережково встретило меня двумя яркими известиями — мы неделю назад успешно запустили вторую линию по получению сапфирового стекла, и не успел я порадоваться, радостно потирая руки и строя планы, как меня второй новостью ошарашили — запасов стекла у нас нет.

Ни грамма!

Всё гадские электрики выгребли! Подчистую!

Другими словами — все мои планы по накопителям и пополнению техномагического арсенала ухнули в глубокую трещину. И это я ещё очень прилично выразился.

Тщательно лелея собственное негодование, я ринулся к Степану на разборки. В его радиотехнический рай.

Пока я разорялся, Степан лишь улыбался в ответ, и если сначала меня это раздражало, то очень скоро, буквально после пары фраз я заподозрил подвох и замолчал.

Слишком уж у Степаши довольная морда была, а раскаяния ни в одном глазу.

— Я тоже рад тебя видеть, — нагло заявил мне друг детства, — Пошли, хвастаться буду. Оценишь, правильно я поступил или нет.

Мы вышли в коридор и поднявшись этажом выше добрались до одного из небольших залов, двери которого были закрыты на два замка.

— Специально к твоему приезду выставку приготовил, — улыбнулся Степан, включая свет.

Хм. Четыре стола, на которых стоит около десятка перевёрнутых картонных коробок разного размера. Сюрпризы, однако. Чем-то на день рождения похоже, когда тебе подарок в десяти коробочках дарят, чтобы вскрывать их по очереди, сгорая от любопытства.

— Номер один! Транзисторный радиоприёмник! — полетела на пол первая коробка, открыв вид на симпатичное и компактное изделие, — Принимает длинные, средние и короткие волны.