Величина новая. Непонятная. Но очень перспективная. Не то, что Франция, которая, как кажется, уже отживает своё в этой части мира.

Переводчики у австралийцев зачётные. Оба щебечут очень бодро и не один из них ни разу не ошибся, когда шла процедура представления с весьма сложными перечнями титулования.

По крайней мере, в их русском переводе я изъянов не заметил.

Плюс один австралийской делегации. Они на удивление неплохо подготовились.

- Что вас интересует в первую очередь? - задал я вопрос австралийцам, когда все реверансы закончились.

Ну, вот некогда мне рассусоливать. У меня семья и дети не охвачены родительским вниманием.

У австралийцев тоже со временем проблемы. Так что, в этом вопросе у нас взаимопонимание. Общаемся коротко и по делу.

- Деньги, которые вы собираетесь ввести в ВЭС. Как вы их видите?

- Как золотые и платиновые экю. Весом в пять грамм.

- Звучит неплохо, а что подразумевается под таким названием?

- Монеты из сплавов золота и платины, или сертификаты, позволяющие получить их в том количестве, что там указаны.

- У вас так много золота?

- На первый год хватит.

- А на второй?

- Им на смену придёт товарная масса. Этакий эквивалент какого-то количества стали, автомобилей и ещё целой кучи товаров к тому же золоту.

- Возможны перегибы.

- Тогда сертификаты станут обменивать не на сталь, а на золото и платину.

- А вдруг их не хватит?

- Мы не сильно потратимся на эксперимент, если для начала совместно организуем контролирующие звенья из доверенных людей. Пусть они наблюдают не за своими эмитентами, а за партнёрами.

- Боюсь, вы не очень хорошо себе представляете, сколько золота может добыть Австралия, - облизнул свои полные губы один из участников делегации, предвкушая национальный успех.

- Очень надеюсь, что много. Однако замечу, что переизбыток золота, не подтверждённый товарной массой, создаст перекос в пользу платины или товарной массы. Нет, какое-то количества золота, и как я предполагаю, довольно большое, мы сможем монетарно разместить в Германии, России, Китае и Индии. Но если австралийское золото и дальше польётся рекой, а не ручьём, то его цена неминуемо начнёт падать. И это не я придумал. Таковы законы рыночной экономики.

- И что же вы предлагаете?

- Пока ничего, кроме уже сказанного. Слишком быстрой оказалась ваша реакция на происходящие события. Признаюсь, вы меня застали врасплох и пока я не готов что-то ещё вам сказать. Но я очень хотел бы услышать ваши встречные предложения.

Конечно же вру. Не люблю я этого делать, но мне так положено. По крайней мере на тех непростых переговорах, где во мне видят сивку-бурку, которая подставит свою спину и покорно повезёт их в рай, попутно решая проблемы с ненадёжным теперь франком, а заодно и с целой эскадрой боевых кораблей, а то и с ещё одной, которая вскоре может прийти на замену уже утопленной.

Своё истинное желание - послать прямым текстом кого и куда следует, я сдержал. С трудом.

Встречные предложения, если их так можно было бы назвать, оказались довольно прямолинейны и по-хамски убоги.

Отличный результат!

- Господа, я вынужден взять паузу. Столь интересных предложений от вас я никак не ожидал, так что мне есть что обсудить с моими партнёрами по Союзу. О продолжении переговоров я вас извещу дополнительно. - Этак кратенько свернул я бесполезный трёп ни о чём, и уже спокойно вернулся в лоно семьи.

Три дня отдыха у меня теперь точно есть.

И эта пауза всем понятна.

Никто же не станет решать жизненно важные государственные вопросы за более короткий срок.

Так что, с датами переговоров я ещё поиграю, как и со всем остальным.

Австралийские представители власти и те чиновники, что прибыли вместе с ними, оказались крайне удручены и раздосадованы, тем, что автомобили почётного караула сопроводили их ровно до того причала, где стоял столь уже нелюбимый ими пароход, с его тесными и душными каютами.