— Меня упрекнуть хочешь? — прищурился государь.

— В каком смысле? Так-то, даже в мыслях не было, — тут же открестился я от несправедливого обвинения.

— Ну, как же… Наша Семья уже столько лет на троне, а доступ к хранилищам Кланов так и не получен. Что-то мои специалисты смогли из Кланов вытрясти, но это лишь вершина айсберга. Основная часть того же Обнинского архива всё ещё непонятно где и кем скрыта. Знаем, что она есть, но найти до сих пор не можем.

— Атомная энергетика?

— Она самая, чёрт бы её побрал, — тяжело вздохнул Рюмин, примеряясь к первой стопочке водки или наливки, которую нам подали в миниатюрных замороженных рюмочках, стоящих на льду, — Ну, по аперитивчику? На сладком перце, мяте и таёжных травах настояно.

— Божественно, — оценил я свои ощущения, отдавая должное мастерству штатных виночерпиев Императорского дворца, которые смогли так точно выверить все возникающие вкусовые ощущения.

Должен честно сказать — водка не мой напиток, но здесь всё вовремя и к месту.

— Про Маньчжурию не спрашиваю. Про неё сейчас только ленивый не пишет. Ещё бы — азиатское экономическое чудо! Расскажи лучше, что с Филиппинами, и почему ты их решил Японии подчинить? — задал вопрос государь, после непродолжительной паузы, потребовавшейся ему после принятия аперитива.

— Причин несколько. Одна из значимых — я тогда в цейтнот попал. Меланезийцы, при помощи французов, уже начали высадку на южные острова Филиппин многотысячного десанта, а у меня под рукой был только мой "Рюдзин" и японский флот. А что, у России есть интересы в том регионе? Так не вопрос. Там громадный остров Борнео имеется. Если что, то он третий в мире по своим размерам. У меня на него пока никаких планов нет, хотя причина для внимания и отстаивания интересов присутствует. Борнео был разделён на части, и одна из них, согласно моему договору с Филиппинами, теперь принадлежит Японии, но вот беда — филиппинцев уже лет пять, как оттуда вытеснили индонезийцы.

— Погоди-ка, про остров Калимантан, он же Борнео, я кое-что знаю. Там же Индонезия, Малайзия и Бруней вроде хозяйничали.

— Тот Бруней нынче ни на одной из карт не значится. Было когда-то карликовое государство, и не стало его. Зато в период послевоенной неразберихи на их островную территорию филиппинцы высадились. Даже успели там что-то построить и вполне себе обстоятельные документы подписать. Потом их вытеснили. Де-юре это их территория, де-факто — индонезийская. Сами Филиппины эти территории вернуть не решились — Индонезию поддерживает Франция. Фактически, в порту Джакарты базируется французская эскадра в пятнадцать — двадцать вымпелов, из которых пять — шесть — это вполне себе приличные крейсера. А совместный экспедиционный корпус Индонезии и Франции — это порядка восьми — двенадцати тысяч солдат, вооружённых по предыдущим стандартам французской армии, которые у них были до программы обновления армии.

— Хорошую ты мне картину нарисовал, — кивнул государь головой, — И с моими сведениями она не особо расходится. Сам-то как думаешь — нужны ли России те территории?

— Ой, сомневаюсь. При нашей плотности населения, да моей техномагии…

— А что может твоя техномагия? — неожиданно жёстко прервал меня Рюмин.

Признаюсь, меня словно ведром холодной воды окатило. В первую секунду подумал, что это неудачная шутка, но нет.