Пирс громко фыркнул.

— Сбросить с обрыва ты можешь разве что Лайлу.

— Ты снова недооцениваешь меня, супруг. Я довольно сильна для своей комплекции.

Элис ожидала, что он снова клюнет на приманку — она специально назвала его мужем — и заспорит, но он только молча покачал головой. Приходилось признать, что его трудно втянуть в разговор, если только он не начнет злиться.

— Это ты сделал? — спросила она, указав на деревянную чашу, в которую стекал мясной сок.

Пирс кивнул и через минуту сказал:

— Это был способ убить время, пока я лечил свои раны. — Он смущенно взглянул на Элис: — По-моему, не очень хорошо получилось.

— Что ты, очень симпатичная чашечка, — не согласилась Элис. — Такая кругленькая и… — Она лихорадочно искала, какое еще качество этой незамысловатой деревяшки можно похвалить, но ничего не шло на ум. — Не очень глубокая — это не всегда удобно. Ну и очень… очень круглая. В общем, мне нравится.

Мэллори никак не отреагировал на панегирик чаше. Что ж, больше ничего не остается. Придется идти напролом.

— Я хочу подстричь твои волосы, — выпалила она.

Пирс на мгновение замер. Потом медленно, очень медленно поднял голову и изумленно уставился на Элис:

— Что ты сказала?

— Хочу подстричь тебя.

Элис откашлялась, стараясь понять необъяснимую враждебность в его взгляде.

— Понятно. Нет.

— Нет? Но почему?

— Просто потому что нет.

Он отвернулся и встал.

— Но они ужасно выглядят, Пирс, — заспорила Элис.

— Какая тебе разница? Волосы мои.

— Ну, меня это тоже в какой-то мере касается, — сказала Элис. — Ты же не можешь явиться на аудиенцию к королю, если выглядишь как… как… — Девушка запнулась, а когда поняла, что Пирс с явным интересом ждет, что она еще скажет, почему-то испугалась. — Ну в общем, в таком виде.

К ее удивлению, Мэллори весело усмехнулся:

— Возможно, ты хотела сказать, что я выгляжу как Грендель?

Элис непроизвольно открыла рот, потом щелкнула пальцами и тоже заулыбалась:

— Точно! Вылитый Грендель!

Пирс усмехнулся и снова присел на корточки. Порывшись в мешке, он извлек рулончик бинтов и начал его разматывать.

— За последние две недели два человека покушались на мои волосы, — задумчиво проговорил он, — причем оба без моего разрешения. Надеюсь, ты не обидишься, если я и тебе не позволю до них дотрагиваться.

Он отрезал кусок бинта ножом и, казалось, обдумывал ее вопрос, пока убирал рулон обратно, а отрезанную часть раскладывал на коленях. Элис терпеливо ждала. Вокруг медленно сгущались сумерки, словно явились посидеть вместе с ними у огня. Девушка обрадовалась темноте — так она чувствовала себя в большей безопасности. У нее создалось впечатление, что все вокруг, в том числе то, что им угрожает, поглотила холодная безлунная ночь. Пирс неторопливо бинтовал укусы Лайлы, и Элис поняла, что он не собирается ей отвечать без соответствующего поощрения.

— Конечно, сейчас у мужчин в моде длинные волосы, — невозмутимо сообщила она. — Но они должны быть прямыми и уж точно не ниже плеч. А твои намного длиннее, по крайней мере частями, и, как бы это сказать, волнистые… вроде завитые.

— Завитые, говоришь?

— Ну да.