Изменить размер шрифта - +
Фокс подписал соответствующие бумаги, отдавая себе отчёт в том, что если об этом станет известно в управлении, ему грозит обвинение в серьёзном дисциплинарном правонарушении. Он был вынужден вновь и вновь лгать Хьюз и её коллегам, чтобы убедить их в том, что он действительно обладает всеми полномочиями для совершения подобных действий и что без помощи Дональда Макайвера расследование по делу об убийстве зайдёт в тупик. У самого Макайвера был вполне респектабельный вид, как будто он специально принарядился по случаю выхода в свет. Фокс спросил у него, как давно он покидал пределы клиники. Макайвер задумался.

— Один раз меня возили в больницу, — не сразу вспомнил он. — Подозрение на аппендицит. Лет пять назад, точно не помню.

Ещё в клинике они пришли к убеждению, что ни смирительная рубашка, ни какие-либо другие приспособления, ограничивающие движение, не потребуются. У санитаров был такой вид, будто всё своё свободное время они качаются в спортзале; такие молодчики наверняка в случае чего смогут справиться со своим подопечным. В пути они вели оживлённую беседу о разных боевых искусствах и биологически активных добавках, в то время как Макайвер сидел, созерцая мелькавшие за окном виды и отвечая на вопросы Фокса односложными «да» и «нет», перемежаемыми невнятными «хм».

— Здесь почти ничего не изменилось, — пробормотал он, когда они въехали в город. — Разве что пару новых дорог проложили и новых домов понастроили.

— Я могу сделать крюк, и мы проедем мимо парламента, — предложил Фокс.

— Не стоит беспокоиться, — ответил Макайвер.

— «…куплены и проданы за английское золото»? — процитировал Фокс, получив в ответ медленный, но решительный кивок.

Вместо этого они свернули на Джордж-стрит, оставили машину у счётчика и вошли в вестибюль отеля.

Зал приёмов был просторней, чем требовалось. Чья-то заботливая рука уже расставила там восемьдесят или девяносто стульев в ряды по десять. Команда Пирса состояла из молодых, броско одетых мужчин и женщин, выискивавших в толпе возможных лазутчиков и одновременно раздававших блокноты и ручки всем, кто в них нуждался. Они вмиг запеленговали Фокса и его спутников. Те стояли у задней стены и не сдвинулись с места, когда им предложили присесть. Макайвер казался немного взволнованным, но санитарам, похоже, всё было до лампочки. Цвет лица Макайвера Фокс определил бы как «тюремно-серый», но в то же время не сомневался, что сам он выглядит немногим лучше. Последние несколько ночей он почти не спал — и не только из-за присутствия отца в доме.

Похоже, что сцену, возвышавшуюся над передним рядом стульев, соорудили специально по случаю заседания. На неё водрузили длинный стол, задрапированный синим бархатом. На столе лежали четыре карточки с именами гостей, но Фокс стоял слишком далеко для того, чтобы разобрать написанные на них имена. На столе также имелись графины с водой и заранее наполненные стаканы. Микрофоны. По обеим сторонам сцены были установлены динамики. Люди в зале приветствовали друг друга короткими кивками. Один прыткий молодой человек из команды Пирса остановился перед Фоксом, но Фокс был к этому готов. Он сунул под нос «шестёрке» своё удостоверение и представился офицером полиции.

— Если хотите, я могу объявить об этом во всеуслышание, — предложил Фокс. Макайвер тихо заворчал, молодой человек отступил на шаг, потом повернулся к ним спиной и ретировался. Затем он вступил в переговоры с остальными членами команды. Кто-то принялся лихорадочно тыкать в кнопки мобильного телефона, а потом зашептал что-то в телефонную трубку, прикрывшись ладонью, будто опасаясь, что его поймут по губам.

Отлично: Фокс надеялся, что новость вовремя долетит за кулисы.

Хотя, судя по всему, телефонный звонок поступил слишком поздно, потому что из боковой двери появились четверо.

Быстрый переход