Они соорудили из чемоданов посредине купе подобие стола, постелили газету и прежде всего поставили на этот стол бутылки. Майор — коньяк, лейтенант — фляжку шнапса с металлической завинчивающейся пробкой Маурах достал начатую бутылку ликера — он был “желудочник” и пил только сладкое.

— Эльзу угощаю я, — объявил майор. — Не делайте испуганных глаз, милая Эльза, это дамский напиток типа “кагор”.

Девушка взяла бутылку, чтобы рассмотреть этикетку.

— О! — произнесла она восхищенно. — “Мартель”. Лучшая в мире марка коньяка.

— А вы понимаете толк в этом деле? — удивился майор и как-то по-новому, слишком уж игриво взглянул на девушку.

— Нет, я не разбираюсь в винах, — простодушно призналась Эльза. — Этот коньяк я пила только один раз. Ма-а-ленькую рюмочку. И то только потому, что один из наших… ну, в общем один мой знакомый, назвал “Мартель” напитком богов. Я выпила и думала, что задохнусь. До чего же крепкий и противный. Но сегодня… У меня такое ужасное настроение… сегодня я попробую “напиток богов” вторично.

— И уже большую рюмку, — подсказал майор.

— Нет, — сморщив нос, засмеялась Эльза. — Достаточно средней.

Офицеры достали закуску. Эльза спохватилась и потянулась за корзинкой.

— Господа, у меня есть чудесная закуска. В украинском стиле. Подарок господина Редьки. Какой прекрасный старик! Вы знаете, рядом с иконами он повесил портрет Гитлера. А как он ревностно выполняет приказания властей…

Ловко орудуя ножом, Эльза нарезала толстыми ломтями колбасу, розовое, с припаленной шкуркой сало, открыла банку с медом, и все это щедрой рукой разложила на импровизированном столе.

Майор подал ей стакан, налитый до половины. Приспустив вздрагивающие ресницы, девушка смотрела на плещущуюся в стакане прозрачно-янтарную влагу. “Выпьет два — три глотка, не больше, — решил Маурах, наблюдавший за девушкой. — Потом закашляется и под каким-то предлогом откажется пить “напиток богов”. Ну, что ж, придется пожертвовать своим ликером. От ликера-то ей будет неудобно отказываться. С помощью летчиков я ее накачаю”.

— Какой же будет тост? — спросил лейтенант. — Я предлагаю выпить за женщин.

— Разрешите мне, — поднялась Эльза. — За настоящих немцев! За тех, кто является гордостью великой нации!

И, довольная тостом, чокнувшись со всеми, Эльза, запрокинув голову и закрыв глаза, к величайшему удивлению Маураха, выпила коньяк до дна.

— Браво! — восторженно закричал лейтенант, также успевший осушить свой стакан. — Закусывайте, закусывайте!

Несколько минут ели молча. Маураху очень понравилась колбаса — нежная, сдобренная чесноком, вся пропитанная жиром, тающая во рту. Лейтенант и майор налегли на сало. Девушка также ела с аппетитом, и так как ее рот был занят, она жестами радушной хозяйки то и дело предлагала своим спутникам не стесняться и отведать всего, что находилось на столе.

— А знаете, Эльза, вы очень, очень непохожи на немку, — сказал вдруг гестаповец.

Глаза девушки стали круглыми от удивления. Она перестала жевать.

— Почему?

— Потому что настоящая немка никогда так не поступила бы со своей провизией. Одной из наших национальных черт является бережливость. Мы умеем жить экономно, рассчитывая каждый пфенниг, каждый грамм продуктов. А что сделали вы? Одним махом, без сожаления, выложили на стол недельный запас продуктов.