|
В ответ маг запустил в меня концентрированным зарядом тьмы, но вместо того, чтобы перенаправить хотя бы один луч на свою защиту, я ринулся вперёд, решив принять этот удар. За секунду до столкновения меч в моих руках дестабилизировался, и, нанеся удар по сотканному из тьмы снаряду, я серьезно истощил вложенную в заклинание некроманта энергию, что позволило мне обойтись практически детскими, но крайне болезненными ранами. Панцирь на руках и груди превратился в ничто, а одежда под ним сплавилась с кожей, но я частично отрешился от боли, — слишком уж она была сильна, — и быстро восстановил защиту.
Так или иначе, но за счёт такого манёвра я остался в выигрыше, так как все четыре луча малец отразить не смог — понадеялся на то, что я буду всеми средствами защищать себя. Сейчас некромант, считающий себя воплощением тьмы, держался за то, что осталось от его заморозившейся и развалившейся на части руки. Заморозка так же коснулась и левой части его груди, но на его магическую силу это нисколько не повлияло — прямо сейчас я вынужденно отражал град снарядов, который и не думал подходить к концу. Изящным решением такую лобовую атаку назвать было нельзя, но чего ещё можно ждать от того, кто в паре шагов разминулся со смертью? Некромант паниковал, и я собирался всецело этим воспользоваться. Повинуясь моей воле, каскад молний начал быстро опускаться вниз, уменьшая отведенное для боя пространство до комфортного для меня уровня. Параллельно с этим я поддал жару, усилив огонь на земле — и, взмахнув крыльями, ринулся на врага, кое-как восстановившего половину своего скелета-доспеха, прикрывшего раненую сторону его тела. — Ты…! — Первая стычка закончилась тем, что мы оттолкнулись друг от друга и разлетелись в стороны, безрезультатно атаковав друг друга дальнобойными заклинаниями. К моему удивлению, малец отрастил руку доспеха не столько для защиты, сколько для атаки — он довольно бодро отбивал мои удары пальцами, и даже пытался контратаковать… недооценивая скорость моей реакции и пытаясь поймать момент, когда я не успел бы отразить его атаку. — Ты должен корчиться в муках! Страдать! Никто, кроме меня, не может противиться тьме! — Если ты расскажешь, кто ты и зачем прибыл сюда, я, возможно, сохраню тебе жизнь. Честно и искренне соврал я, остановившись в нескольких метрах от противника. Вздыбившееся до небес пламя и сеть молний заперли нас в кубе со сторонами в тридцать метров, так что инициатива была мною захвачена окончательно и бесповоротно. Каких-то особенных талантов в ближнем бою у некроманта не было. — Ты не посмеешь убить меня! Я… Меня… — Он стушевался, сделав шаг назад. — Я могу поделиться с тобой своими знаниями! Меня учил сам Всеотец! Краем глаза я заметил, как перед моим огнём остановился Кэл, сжимающий в руках ставшее ещё более массивным копье. Жестом показав, что всё нормально, я продолжил допрос. — Ты прибыл из иного мира, верно? — Некромант кивнул. — Так откуда тогда мне знать, кто такой этот Всеотец? — Он… создатель мира, из которого меня изгнали. Они называли меня падшим, но на самом деле я просто обрёл собственную волю, отказавшись подчиняться Всеотцу. Но несмотря на то, что сейчас здесь я слаб, мои знания могут помочь тебе обрести бессмертие, понимаешь? Ты никогда не умрёшь! Звучит так, будто передо мной Люцифер неместного разлива. И речи у него похожие — соблазняет, аццкий сотона. А ещё параллельно тянется тончайшими нитями маны к земле, которые я смог заметить лишь благодаря своей неразрывной связи с нижним слоем огня на земле. Хмыкнув, я протянул некроманту правую руку, одновременно начав собирать ману в левой: — Мне интересны твои знания, но можешь ли ты гарантировать, что эти твои слова — правда? — Ты знаешь, что такое резонанс душ? По нитям некроманта в землю начала перекачиваться мана, которую я, находясь в шаге от него самого, сумел ощутить даже за счёт собственной силы, витающей в воздухе. |
