Привязанности делали меня слабее, и если я сейчас откажусь от возможности узнать что-то уникальное, то Палач найдёт способ ударить. Так или иначе, но найдёт, и никакие печати его от этого не удержат.

— Нет, но… Сейчас узнаю. — Я поймал взгляд некроманта — и в моё сознание устремились картины его жизни. Он не соврал, когда говорил о Всеотце и том, что он был единственным, кто пошёл против воли своего создателя, устроив резню среди смертных. Как создание божье, он действительно обладал бескомпромиссной силой… по меркам своего мира. — Ты виновен, Доара.

Приблизившись к нему вплотную и проигнорировав начавшую разъедать мой панцирь концентрированную тьму, хлынувшую из его тела, я сначала обезглавил его напитанной маной левой рукой, а после — уничтожил сердце и испепелил тело так, чтобы от него не осталось ровным счётом ничего. Оставалось только найти части его руки, если те не сгорели в моём огне, и опять идти на контакт с церковью. Всё-таки это был их косяк — призванноё чёрти что, обладающее силой, позволяющей за пару недель обезлюдить весь континент. Тьма очень неплохо работала против обычных людей, и остановить её, пожалуй, было даже сложнее, чем какую-нибудь чуму.

Гесса, отец, мама, Тэл…

Я не забыл о них, но какое-то пустое место в моей памяти, определённо, ощущалось. И чтобы понять, что именно было стёрто, мне нужно было добраться до своей записной книжки.

— Кэл, ты ведь не расстроишься, если я скажу, что этот маг искал тебя?

— Меня…?

С городской стены неспешно спланировала пара облаченных в белоснежные одежды людей. Даже без обращения к памяти их коллеги я опознал в них святых, ответственных за вручение мне ордена, так что и повёл себя соответствующе.

— Именно тебя. Вдобавок, он называл тебя собратом… Думаю, вам, святым церкви, должно быть что-то об этом известно.

— Как вы смотрите на то, чтобы поговорить где-нибудь в более… — Мужчина покосился на всё ещё рассекающие воздух молнии в небе. Огонь-то я потушил, но тратить силы на остановку заклинания, которое вскоре ликвидируется само собой, не собирался. — … спокойном месте?

— Если мне действительно необходимо знать то, что вы хотите сказать…

Оставив позади повторно обуглившееся поле, я и Кэл в сопровождении святых направился к храмовому комплексу. Мечты о хорошем отдыхе развеялись, словно дым, но сказать, что меня не устраивает исход, было нельзя.

Память падшего недоангела — кладезь весьма интересных знаний и теорий. И пусть я уже понял, что управлять тьмой я никогда не смогу, менее ценной его память не стала.

Ведь к силе ведёт не одна лишь прямая дорога…

Глава 20. Посвященный. Часть II

— Это — откровенная ложь, которая только подбросит дров в пламя войны. — Святая Шаэль, будучи моложе даже Кэла, быстро отвела взгляд. Зато её напарник, святой Эвайн, был твёрдо уверен в своей правоте, никак не отреагировав на мои слова. — Ваши аргументы должны быть очень весомыми, чтобы я на это пошёл.

На несколько секунд в комнате для переговоров, расположившейся практически в самом центре храмового комплекса, установилась тишина. Светло-серые стены, чуть более тёмные предметы мебели, строгие линии, принципиальное отсутствие деталей, магическое освещение — всё вокруг столь сильно отличалось от обычной обстановки, распространенной даже на «окраинах» храмового комплекса, что любому человеку из этого мира, так или иначе, стало бы не по себе.