– Я в вашей власти, – смирно вымолвила она.

– Ты уже догадалась, кто я? – спросила старушка, и в ее глазах появился дьявольский огонек.

– Вы колдунья?

– Не угадала. Вторая попытка.

– Кто же вы? Боюсь ошибиться.

– Я – та, что приходит из иного мира, чтобы восстановить нарушенный баланс. В твоем случае, мое появление вполне закономерно. Я – ведьма. Силы природы питают меня, я рождена такой, в отличие от колдунов, таинствам которых можно обучиться. Дар у меня – людей насквозь видеть. Как только тебя в парке заметила, сразу черный шлейф за твоей спиной рассмотрела. Крепко он к тебе прирос.

– Я проклята, – догадалась Лариса.

– Так и есть. Соперница, что миловалась с твоим муженьком, сделала все возможное и невозможное, чтобы разрушить твою семью, но в одном она просчиталась…

– В чем же?

– За все нужно платить. А она схитрила: в положенный срок плату так и не внесла. Видишь ли, красавица, у всего есть цена, все зависит от откупа. Вот, она, например, за уродство твоей дочери, должна была своего ребеночка на заклание отдать.

– Кому? – испугалась Лариса. В мыслях не допускала, чтобы ребенка можно кому то отдать. Не котенок ведь.

– С кем договор кровью подписывала. Только скрылась подлая, сразу же, как сын появился на свет, забыв о прежних обещаниях. За что и была наказана. От всевидящих глаз не скроешься даже под землей.

– Что с ней? Молю, скажите!

– Не твоего ума дело, – рассердилась ведьма, – ты лучше о себе подумай! Обратного действия с твоей проклятой дочерью не могу совершить, лишь поправку внести.

– Значит, я пришла напрасно?

Лариса всхлипнула, вытерла слезинку. В последнее время она не помнила дня, который провела в радости.

– Не горюй, дочке твоей еще можно помочь.

Ведьма чуть наклонилась вперед, захватывая с края стола круглое зеркальце. Посмотрев в него, она с отвращением отвернулась. На лице у нее отразилось недоумение, смешанное с жалостью.

– Дело обстоит куда хуже, – дала она заключение.

– Что вы видели?

– Ваша дочь – отравлена проклятием с головы до пят. Даже все внутренние органы, кровь и кости пропитались. До чего же люди, порой бывают жестоки! Особенно женщины, в своем желании своровать чужое счастье.

– Но она же невинное дитя! – заголосила Лариса, – ладно я, а она… За что?

– Самая изощренная месть выглядит именно так. Мне не впервой видеть материнскую боль. Куда страшнее испытание, когда ребенок страдает, а ты ничего не можешь исправить. Можешь биться головой об стену, пытаться вести счеты с жизнью, но горю это не поможет.

Лариса встала со стула, вытянулась в струну.

– Если требуется убить эту «Змею», я готова!

– Хвала твоей решимости. Уверена: ты пойдешь до конца. В какой то мере, я бы посоветовала поступить именно так. Нет человека, нет проблемы. Но, увы…

– Это не сработает, – поняла Лариса.

– Правильно. Разлучница предусмотрела и это. Поверь, хоть я и повидала немало бесчинств за свои двести лет, но такой страшный поступок встретила впервые.

– Мой муж стоит того! Он самый замечательный мужчина на свете.

– Глупости. А ты – наивная дура: ни дать, ни взять – влюбленная.

Лариса поникла головой, принимая правду.

– Вы правы. Моя любовь так сильна, что лишает меня разума.

– Он всегда гулял налево и направо, а ты закрывала глаза, делала вид благополучия, лишь бы сохранить семью. Разве не так?

– Так. Но, я надеялась, что он успокоится, а ребенок скрепит наши узы.

– Еще одна басня.