– Могло, милая. Еще как могло. – Вздохнул дворник и внимательно на меня посмотрел. – Тут знаешь какие люди раньше жили… Да только условия здесь не больно комфортные, водопровод плоховат и разводку поменять бы давно не мешало. Зато квартиры шикарные . Потолки метра три с половиной, комнаты светлые. Место, опять же, бойкое, если с центрального то фасада зайти… Вот и начали переезжать наши жильцы кто куда, а площади распродавать под конторы разные…

– А Вы не в курсе, куда Михаил Юрьевич переехал? – Для порядка спросила я. Дворник еще раз внимательно на меня посмотрел и отвел глаза.

– Михаил то твой далеконько перебрался. Да… Помер он, почитай, года два уже прошло…

– Да Вы что! – Почти натурально расстроилась я. – А мне так надо было с ним поговорить.

– Долговато ты собиралась, милая. Чего ж сразу то не поговорили?

– Не было меня в городе. – Пришлось соврать мне. – Значит, он перед смертью успел квартиру продать?

– Дак и дело то в том, что не успел. – Снова с энтузиазмом пустился в объяснения дворник. – Хотел уж, говорят. Бегал тут мужик какой то по этому поводу. А как помер, так все и заглохло. Нельзя сразу то имуществом распоряжаться, надо сначала полгода ждать, да и потом все не больно быстро оформить… Вот Оксана и живет до сих пор.

– Так эта та самая Оксана, которая ходит через эту дверь? – Воскликнула я удивленно.

– Она самая. Хорошая девушка. Нелюдимая только. Ей уж тоже предлагали продать квартиру, и даже покупателей приводили, только не хочет она. А может цену не ту предлагают. Ей от брата квартира шикарная досталась. Состояние, правда не ахти, коммуналка бывшая, зато пять комнат, кухня метров двадцать, ванна большая.

– Так они что, до этого с Оксаной только вдвоем жили в таких огромных хоромах?

– Да нет. Один он жил. Пускал иногда квартирантов. Да и то не за деньги, а больше так, по знакомству, кому жить негде временно… Оксана то перед смертью почти приехала Михаила. Он сам ее телеграммой вызвал. Я и отправлял ее. То ли в Харьков, то ли в Киев… Не помню…

– В Житомир. – Автоматически поправила я.

– Вот вот. – Обрадовался дворник. – Она через три дня и прикатила.

– Так быстро? – Удивилась я.

– Так а чего же нет то? Самолеты быстро летают. А он в телеграмме просил приезжать срочно.

(Что же это получается, Оксана, похоже, и правда сестра Веселова? Он сам вызвал ее телеграммой из Житомира, причем, просил приехать срочно… Зачем? Неужели чувствовал, что умрет? А может, рассказать ей хотел что то важное? Теперь мне точно просто необходимо встретиться с этой женщиной!)

– А попасть то как нибудь в квартиру можно? Если Оксана сестра Михаила, то, вероятно, она мне сможет помочь и без него.

– А чего же, иди. Я тебе подъезд открою, ты поднимайся по лестнице и там наверху одна только дверь. В нее и стучи.

Я поблагодарила дворника и вскоре оказалась перед массивной двухстворчатой дверью, замызганной, но довольно прочной на первый взгляд. Я нерешительно постучала в нее сначала кулаком, а потом и ногой, (кто знает, как далеко от двери находится хозяйка, при таком количестве комнат там , наверное, расстояния приличные), и принялась ждать.

Дверь открылась неожиданно быстро. На пороге стояла высокая , довольно симпатичная женщина в наброшенной на плечи цветастой шали. Она с удивлением осмотрела меня с головы до ног и спросила.

– Вы кто? И как сюда попали?

– Мне дворник снизу открыл. – Поспешила пояснить я. – С улицы то не достучишься.

– Я телевизор смотрела. А то бы услышала.