— Это вам спасибо.

Фелисити вдруг потянулась к нему, с непонятной ей самой отвагой взялась руками за распахнутый ворот его рубашки и прикоснулась губами к его губам. Рейф осторожно обнял ее за талию и привлек к себе. На губах его был привкус лимонада и пота, и эта смесь оказалась слаще и солонее, чем ей недавно представлялось. Ей вдруг стало тепло и уютно. Его губы чуть приоткрылись, дразня и даря при этом непередаваемое блаженство. Фелисити, наконец, поняла, что такое таять от счастья.

Она тихонько застонала и обхватила руками его широкие плечи. Ей хотелось впитать этот поцелуй, прижаться к его разгоряченному и сильному телу, упасть в его объятия и…

— Лис?

Ахнув, Фелисити отпрянула от Рейфа. Из-за угла дома выглядывала Мэй.

— В чем дело, Мэй? — спокойно, насколько это было возможно, спросила Фелисити, отдавая себе отчет, что все ее лицо сейчас залито краской.

— Мистеру Грэму нужно съездить в Пелфорд за новой пилой. Можно, он возьмет меня с собой? Я бы пирожные привезла…

Мэй смотрела на них обоих немного странным взглядом, и на миг Фелисити пожалела, что ее младшая сестра такая смышленая.

— Конечно, дорогая.

С опозданием она поняла, что рука Рейфа все еще обнимает ее за талию, и торопливо убрала ее. Смотреть на него она не осмеливалась; стоя рядом, девушка продолжала чувствовать жар его тела, как если бы оставалась в его объятиях.

— Одно пирожное привезешь мне, — сказал Рейф и, порывшись в кармане, кинул Мэй соверен.

Та с улыбкой ловко поймала монетку.

— Есть, капитан!

Торжественно отдав честь, девчушка промаршировала за угол дома.

Фелисити посмотрела ей вслед и, вздохнув, пошла следом. Но не успела сделать и пары шагов, как Рейф перехватил ее за руку и снова привлек к себе.

— Не торопитесь, Лис, — шепнул он и склонился к ее лицу.

Фелисити, опешив поначалу от неожиданности, ответила на поцелуй с ошеломившей ее страстью. Наконец Рейф оторвался от ее губ и посмотрел ей в лицо.

— Вы потрясающая женщина, Лис, — сказал он улыбаясь. — Недосягаемы, как верхушки деревьев.

Хотя ей больше всего хотелось, чтобы он замолчал и снова ее поцеловал, она рассмеялась.

— Идемте, — сказала она, высвобождаясь из его объятий. — Нас могут увидеть.

Рейф убрал ладонь у нее с талии и взял ее руки в свои.

— Вы управляете поместьем и воспитываете сестру сами, без чьей-либо помощи и опасаетесь, что кто-то увидит, как мы целуемся?

— Поместьем я управляю вынужденно, мне это чуждо. А если я буду целоваться с вами на глазах у всех, то окончательно испорчу себе репутацию, — не слишком уверенно возразила девушка.

— Вы в последнее время не общались с миссис Денуорт? Мы с вами вступили в непристойную и противозаконную любовную связь в первый же день моего приезда в Чешир, а то и еще раньше.

Фелисити в ужасе посмотрела в его смеющиеся глаза.

— Я ее убью!

— Сомневаюсь, что это хоть как-то поможет вашей репутации. Хотя мысль сама по себе очень даже неплохая.

— Ничего смешного здесь нет! Это лишний раз подтверждает, почему нам больше нельзя себя так вести. Это неприлично.

— Прошу прощения, но разве сейчас не вы первая меня поцеловали?

— Ну… да, но…

— Но две минуты спустя это уже неприлично. — Он вытер губы тыльной стороной ладони. — Боюсь, если вы ожидали, что я перестану вас целовать, вам нужно предложить для этого более вескую причину. — Он ласково провел большим пальцем по ее нижней губе — Намного более вескую.