На самом-то деле Фелисити вовсе не желала искать эту самую более вескую причину. В то же время ей совсем не хотелось потерять голову из-за человека, которого она знала так мало, и который собирался отбыть в Китай и другие места, ей совершенно неведомые, и провести там несколько лет.

— Ну что ж, — рассудительно проговорила она. — Тогда как вам понравится вот это: налоги все еще не выплачены, а в Фортон-Холле нет денег на то, чтобы рассчитаться?

Его рука медленно соскользнула с ее талии.

— А как же рента ваших арендаторов?

— Ваших арендаторов, — вежливо поправила его она. — Посевы смыты ливнями и… Найджелу нужен был новый фаэтон. — От воспоминаний о самодовольной глупости брата у нее сжало горло, и девушка едва не поперхнулась. — Новых семян фермерам мы поставить не смогли, так что пришлось понизить ренту. С тех пор больше половины арендаторов покинули эти места.

Какое-то время Рейф молча смотрел на нее.

— Сто восемнадцать фунтов. Он растерянно моргнул:

— Сколько, простите?

— Могло быть и хуже, — утешила его Фелисити, в первый раз благодарная судьбе за то, что беды, свалившиеся на Фортон-Холл, легли на еще чьи-то плечи.

— Это как? — скептически поинтересовался Рейф.

— Если бы вы родились в бедной семье, — улыбнувшись, пояснила она.

И сразу поняла, что сказала что-то не то. Лицо Рейфа окаменело, он молча развернулся, широким шагом двинулся вперед и исчез за углом дома. Чуть позже он, верхом на Аристотеле, выехал на дорогу и поскакал к лесу. Фелисити собрала пустые кружки из-под лимонада и отнесла на кухню. Можно было не сомневаться: Рейф сильно пожалел о своем отказе от предложения графа. Семьдесят тысяч соверенов увезли бы его немыслимо далеко от порушенного Фортон-Холла, да и от нее тоже.

— Черт с ними со всеми, — пробормотала мисс Харрингтон, забыв о хороших манерах, и без сил опустилась на стул.

Он ведь прежде упоминал о своих неладах с отцом и о том, что брать у своей семьи деньги ему глубоко претит. И тут она почти в открытую посоветовала ему попросить любимого папочку помочь средствами. Да, умом Фелисити сегодня не блистала.

Еще сильнее ее волновало другое. Как она заметила, Рейф поскакал в сторону поместья Дирхерста. А что, если он отправился сообщить графу, что передумал?

— Боже! — Она вскочила на ноги так стремительно, что едва не опрокинула стул. Уже на пороге Фелисити остановилась. Поместье Фортон-Холл принадлежало Рейфу. Как бы она ни любила эту усадьбу и как бы в ней ни нуждалась, прав на нее у нее не было.

И больше не будет.

— Никаких предложений?

Джон Гиббс осторожно прочистил горло.

— Да, сэр. Никаких. — Он нервно перебрал бумаги у себя на столе. — Даже ни одного запроса не поступило.

— Я понимаю, что просил вас по возможности ничего не афишировать, но хоть какое-нибудь сообщение вы сделали?

— Конечно, сэр, конечно! Просто так уж получается, время не совсем подходящее, да никто и…

— Черт подери! — Рейф откинулся на спинку стула. — Значит, ничего?

— Ничего, сэр.

С каждой секундой предложение Дирхерста выглядело все привлекательнее.

— Давайте напечатаем объявление в газете, — решил наконец Рейф. — Никакой цветистости пусть Фортон-Холл привлекает… уютом. И Бога ради: не упоминайте моего имени.

Солиситор выглядел озадаченным.

— Сэр, я не совсем понимаю. Ваше право на владение поместьем больше никоим образом не может подвергаться сомнению, и, если совсем откровенно, Фортон-Холл в таком состоянии, что фамилия Бэнкрофт может быть главной приманкой для возможных покупателей.