— Я слишком снисходительна. Я даже Гренвиллу не желала такой смерти. Ни одному из моих Клинков… ни другим людям… Я вообще не хотела, чтобы кто-нибудь умер.

Канцлер опустошила кубок одним глотком и со стуком опустила его на стол.

— Если позволите, ваша милость, то у вас еще есть шанс исправить последнюю ошибку. — Глаза ее сверлили Малинду словно два буравчика. — Вы говорили, что не желаете выходить замуж за своего кузена.

— Я всегда считала Кортни забавным, но мысль о браке с ним… Надеюсь, он по-прежнему пользуется приворотными зельями.

— При всем уважении, миледи, я, встречалась с вашим племянником всего однажды, но он показался мне довольно приятным молодым человеком, хотя и вполне обычным. Он должен быть более податливым, чем ваш кузен. Если вас интересует мое мнение, я считаю, что вам следует отправиться на север и присоединиться к нему — да, выйти за него замуж и сделать его принцем-консортом. Развратник Кортни превратит вашу жизнь в сущий кошмар. У вас еще есть время.

— Сомнительно, сказала бы я, — вздохнула Малинда. Рев толпы приближался. — Я много об этом думала в последние дни. Невилл кажется крепким юношей, этого нельзя не признать, но он считает, что я убила его отца. Он нарушил данную мне присягу. Если я сбегу к нему, то отдам себя в его власть и закончу свои дни в тюрьме, а не в супружеской постели. — Она тоже опустошила кубок. — И гражданской войны все равно не избежать. Не хочу, чтобы из-за меня погибали невинные люди.

Через некоторое время она добавила:

— С любовными зельями или без, но я переживу Кортни.

Дверь распахнулась. Леди Жарзвезда и мастер Кинвинкл встали. В комнату вошли двое вооруженных солдат, из-за их спин выглянул Великий Инквизитор, потом все трое исчезли. Семенящей походкой закатился Кортни, весь разодетый в алое с золотом, с длинным пером на шляпе. Он замер, оглядывая Жарзвезду, которая уже приблизилась к двери и присела в едва заметном реверансе. Кортни скривился.

— Дорогая, вам не следовало снимать покрывало. Эта шея просто отвратительна. Я заберу цепь.

Он протянул руку с изящным маникюром.

Пожилая дама выпрямилась и теперь взирала на него с высоты своего роста.

— Ее величество дали мне цепь, и пока ее величество…

— Пускай забирает, канцлер, — сказала Малинда. — Он очень дурной человек. И благодарю вас за все, что вы сделали.

Жарзвезда яростно сорвала цепь через голову и бросила ее маленькому принцу.

— Если вы мудры, леди, то сейчас вернетесь прямиком в Оукендаун и останетесь там до смерти.

Кортни отвернулся от нее и задумчиво оглядел мастера Кинвинкла, который заметно сник.

— Лакей? Садовник? Ночной посетитель? Нет… Ты тот герольд, который так плохо зачитал завещание покойного дядюшки. Ну, беги и найди себе какое-нибудь дельное занятие.

Кортни щелкнул пальцами и направился к Малинде, распространяя вокруг себя невыносимый запах гвоздики. Дверь захлопнулась, и они остались одни.

— Я предупреждал тебя, дорогая.

Он уселся в кресло и посмотрел бутыль с медом на свет, чтобы понять, сколько осталось.

— Ты так и не принес присягу. Я не должна была отпускать тебя так.

— Да, не должна была. — Он наполнил кубок Жарзвезды. — Но ты это сделала. И теперь будешь приносить брачные обеты. Я предупреждал тебя. — Он отпил глоток. — Ам-м? На мой вкус, слишком сухое. Мы устраиваем приготовления для краткой церемонии, на которой ты подпишешь и подтвердишь печатью несколько простых документов: помолвка публичное объявление с точной датой, билль, передающий не корону — и верховную власть, — и грамоту о назначении меня регентом с неограниченной властью, чтобы разобраться со всеми беспорядками.