— Тетку с арбузом, что ли?

— Ее, родимую. Какой-то дока из Джоевых друзей недавно говорил, что это начало девятнадцатого века. У американской внучки такого добра, наверное, навалом.

— А вдруг в раме картины чего-нибудь запрятано, раз девятнадцатый век? — предположила уставшая от однообразия блочного бытия подруга.

— Э-э, это ты уже не Марининой, а Хмелевской начиталась. Или Донцовой… Должна огорчить вас, пани Иоанна. Когда эта ночная телезвезда, моя соседка справа, в своей квартире в прошлом году ремонт делала, рабочие в стену так долбили, что картина свалилась и рама треснула. Но ничего, кроме тараканьих яиц, внутри не обнаружилось. Увы!

— А если это Джоя преследуют? Может, вляпался — наркотики или долги…

— Вляпаться он мог только виртуально. Джоя чтобы от компьютера оторвать, подъемный кран вызывать нужно. И потом, звонили-то мне. И письмо это — «не будь дурой»… И ждали чего-то в Кремле не от Джоя, а от меня…

— Стоп! — завопила Ленка, едва не выронив из рук пятую по счету чашку кофе. — В Кремле! Они чего-то ждали от тебя в Кремле!

— И что? — не поняла я.

— У нас что, Кремль — проходной двор?! Там каждый может входящих через Спасскую башню обыскивать?!

Я не отвечала, обдумывая ее версию.

— Если они чего-то ждали от тебя в Кремле, значит, у них есть туда доступ, причем доступ неограниченный! — едва не налив себе на пальцы кипятка, сделала вывод Ленка.

Наверное, Ленка права. Это ниточка. Потяни ее, клубочек, может, и распутается. А может, напротив, запутается. Сосед у кого-то в караулке стоит. Сказали ему, что фотографша пакетик оставит, передать попросили, и все тут…

Итог кремлевским размышлениям неожиданно подвел проснувшийся Стасик.

— Ой, батюшки, уже полвосьмого, — всплеснула руками Ленка и засуетилась по крохотной кухоньке, каким-то чудом не задевая пышными боками углы. Омлет из трех яиц с сыром и ветчиной, хлопья с молоком, две горсти кураги и чернослива для улучшения пищеварения, свежевыжатый апельсиновый сок, две сосиски, тосты с джемом и шоколадом исчезали во рту ребенка в считанные минуты.

Для меня затолкать раньше двенадцати часов дня в себя даже тоненький ломтик сыра — уже подвиг. Поэтому я с изумлением наблюдала за завтраком маленького Гаргантюа. Тем временем Ленка отработанными движениями сложила в коробочку четыре пирожка с мясом и с печенкой, шесть бутербродов с ветчиной и сыром, два яблока, киви, апельсин, два глазированных сырка, горсть конфеток и несколько сушек — «для баловства».

— Их что, в школе не кормят?!

— Кормят. Но только на третьей перемене. И аэрофлотовскими завтраками — разве это пища для растущего организма! — объяснила Ленка и снова заворковала над чадом: — Сыночек, борщик в кастрюльке, котлетки с пюре на тарелочке.

Открыв холодильник, она показала на внушительных размеров миску с полудюжиной котлет, венчающих гору пюре.

— Погрей в микроволновочке, салатик в холодильнике. — Жест в сторону не меньшей по размерам миски. — Пирожок с грибами в хлебнице.

— А на полдник что? — молвило толстощекое чадо.

— Ой, на полдничек-то я ничего не успела! — запричитала Ленка и побежала за кошельком. — По дороге купи себе пироженко или в кондитерскую сходи. Я сегодня не поздно, испеку что захочешь!

— Значит, так, — заключила спешащая на работу Ленка, — сейчас завозим Стасиньку в школу, потом доезжаем до моего заводоуправления.