— Понятия не имею, есть ли запаска. Давай посмотрим. Парень с изумлением наблюдал, как я разглядываю Ленкин багажник в попытках обнаружить запаску. Пришлось перекладывать из стороны в сторону походную барбекюшницу, обычный мангал, связку полешек, раскладные стульчики и столик, скатерку, набор пластиковой посуды — от глубоких тарелок до кофейных чашечек и блюдечек, включая блюдо для раков и креманки для мороженого. Заядлая пикникщица (или как правильнее будет — пикникейка, пикникоманка, вот, пикникоманка, наверное, лучше), Ленка все свое возила с собой.

Лишних колес на этом чужом празднике жизни не наблюдалось.

— Увы…

— А насос? — спросил юноша. — Можно попробовать подкачать, до шиномонтажа дотянем.

Еще несколько минут напряженных поисков, и парень все же нашел насос в коробке из-под консервированных помидоров «Дядя Ваня». «Хорошо, что не дядя Женя, — подумала я, — летальный исход был бы обеспечен». А еще через четверть часа битвы за атмосферы мы катили по направлению к автостраде — разумеется, не той, с которой я приехала.

— Я всегда говорил, что вы, русские, мазохисты, — сказал парень. После столь самоотверженной борьбы за мое колесо я сочла-таки своим долгом добросить беднягу автостопщика до города. — Только мазохисты могут ездить на таких машинах.

— Мы мазохисты, а ты кто? Юноша моего вопроса не понял.

— Кто ты, если ты не русский и не мазохист?

— Я не представился. Меня зовут Ямаока Арата.

— А меня ЖЖ — Женя Жукова. У тебя это имя или ник?

— Ник? — не понял попутчик.

— Компьютерный псевдоним.

— Нет, не ник. Имя Арата. Ямаока фамилия.

— Странная фамилия.

— Почему странная? Имя у меня действительно странное. Меня должны были по традиции назвать Хироши, Сатоши или Хисаси, как дедушку. Но дедушка настоял на имени Арата. А фамилия вполне обычная. Для Японии.

— Ты японец?

— А разве незаметно?

Да-а. Подобрать в подмосковном лесу японца, который тебе еще и колеса «Волги» будет накачивать, это уметь надо.

— Говоришь без акцента, я и решила, что ты русский кореец.

Арата засмеялся. Смех у него был такой сильный, разливистый, в моем представлении — тоже неяпонский.

— «Русский кореец». Отличное определение. Как можно быть русским корейцем? Это то же, что японский финн.

— Ничего не то же. Страна такая. Здесь все русские. Даже если корейцы. Когда еще был СССР, футболисты тбилисского «Динамо» жаловались, что их во время европейских кубков комментаторы называли русскими. «Мы грузины!» А на Западе до фонаря им было, грузины или чукчи. Из Союза, значит, русские. Тебя-то в страну мазохистов каким ветром занесло?

Пока мы плутали по проселочным дорогам, пытаясь хотя бы примерно понять, в районе какого шоссе находимся, Арата рассказывал, как занесло его в Россию. Я понятия не имела, куда меня завело мое бегство от «Гелентвагена», а мой спутник в пылу ночной пьянки был завезен на дачу каких-то случайных знакомых, и на момент его попытки уехать в город никто еще не мог продрать глаза и членораздельно объяснить, где он находится. Так что наших плутаний вполне хватило на его рассказ.

— Дедушка однажды повел меня на соревнования гимнастов, мне понравилось. Победили ваши. Смотрел, как они говорят между собой, — такие странные звуки, и мне захотелось научиться говорить, как они.

— Да-а, наших гимнастов у вас любили больше, чем дома. У нас в классе училась чемпионка мира по гимнастике.