Но по сей день его любовь к истине оставалась неутоленной в деле Нечаева. Факты не убеждали его — слишком уж они были очевидны.

В 1974 году, когда французский консул в Гватемале переслал им документы Даниеля, Марру взял на месяц отпуск и отправился в Центральную Америку. Он проделал весь путь своего пасынка, исходя поначалу из тех скудных сведений, которые сумел получить в консульстве.

Странное путешествие проделал он тогда по горам Гватемалы. Из столицы до Кесальтенанго, из Кесальтенанго до Уэуэтенанго, потом от одной индейской деревни к другой, в глубь вулканической зоны. Проследить маршрут Даниеля оказалось довольно легко, хотя передвижения его были внешне необъяснимы: он много петлял, двигался то вперед, то назад. Но белокурый викинг в этих местах не мог остаться незамеченным.

Тем не менее никто не мог рассказать о нем ничего конкретного, никто с ним толком не разговаривал. Да, он здесь был. Что делал? Как знать? — отвечали владельцы гостиниц и баров, официантки и торговки на индейских базарах.

В самом деле, quién sabe?

Одно было более или менее ясно. Даниель — Эль Рубио, как они его называли, — путешествовал не один, его сопровождал какой-то человек. Описания этого человека были самыми разнообразными. И расплывчатыми. Единственное, в чем они совпадали, так это в том, что спутник Даниеля бегло говорил по-испански, точнее, по-кастильски. Это указывало как на Луиса Сапату, так и на Жюльена Сергэ. Если бы кто-то мог точно назвать возраст, вопрос был бы решен сразу, но этого Роже Марру так ни от кого и не добился.

В селении Сан-Хуан-Сакатепекес, после католического шествия, в котором участвовали карнавальные персонажи на ходулях, в длинных белых хламидах, масках языческих идолов и огромных соломенных шляпах с лентами, Марру удалось поговорить с молодой индианкой, хорошо помнившей Даниеля. Она согласилась говорить по-испански и не пыталась, в отличие от многих, делать вид, будто не знает языка завоевателей. Однако каждое слово приходилось вытягивать из нее клещами.

Да, Эль Рубио приезжал в Сан-Хуан месяца два назад. Да, он был не один, а с каким-то мужчиной. Возраст этого человека? Обыкновенный мужской возраст. Нет, она с этим человеком ни разу не говорила. Они были здесь вдвоем и часами сидели в креслах под навесом. Они были тут несколько дней. Зачем? Как знать? Были, и всё. А куда направлялись? Как знать? Были, потом уехали. Но Эль Рубио чего-то ждал. Или кого-то, это было заметно. Может быть, не в Сан-Хуане, а где-то еще, но у него было назначено место встречи. И он время от времени ходил туда, осторожно, в обход, окольными тропами.

С кем он ждал встречи? — спрашивал Марру. Девушка качала головой, не хотела отвечать. Потом закрыла лицо краем вышитой шали, так что видно было только черное пламя ее глаз.

«Con la muerte», — прошептала она и тут же убежала в вихре накрахмаленных юбок вокруг стройной, гибкой фигуры.

Через две недели Марру добрался до последней точки земного пути Даниеля. Это был Сан-Франсиско-эль-Альто, маленький городок на высоте 3000 метров, в долине Самала. Даниель провел здесь три дня в маленькой гостинице, на границе индейского квартала, и отсюда отправился в свою роковую поездку. Из окна его комнаты был виден огромный, окутанный облаками конус вулкана Санта-Мария.

Роже Марру дал царские чаевые хозяину гостиницы, чтобы тот позволил ему побыть одному в этой комнате. Он пододвинул к окну тяжелый деревянный стул и сел.

Перед тем как впустить его сюда, хозяин долго и туманно намекал Марру на некий предмет, который мог бы его заинтересовать, и в конце концов вынес блокнот Даниеля, найденный в ящике стола после его гибели.