К тому времени, как он подошел к концу, старая женщина закачала головой.

— Уничтожить этот мир и воздвигнуть новый, став его единственным божеством? Это безумие!

— Согласен, — ответил Барерис. — Но проблема в том, что это, судя по всему, и правда тот вид безумия, которым охвачен Сзасс Тэм. И, хотя зулькиры совета сомневаются, что этот ритуал приведет к намеченной цели, они действительно верят в то, что и Тэй, и все окружающие его земли окажутся уничтожены.

— Итак, после всех лет надежд, молитв и попыток пошатнуть власть некромантов, наконец настал решающий час.

— Да. Но хорошие известия состоят в том, что, если наш план сработает, лича атакуют четверо появившихся из ниоткуда архимагов, застав его врасплох. Прежде ничего подобного не происходило. Зулькиры никогда не желали поставить в этой игре на кон все.

— Хорошо, — произнесла Аризима. — Я по…нимаю, и я хочу помочь. Просто я не знаю, в моих ли это силах. Мы наблюдали за крепостью на протяжении многих десятилетий, но чем дольше смотрели, тем больше падали духом.

— Полагаю, с помощью волшебства туда по-прежнему нельзя перенестись.

— Да, я видела, как демоны пытались это проделать. Они возникали на полпути в воздухе с таким видом, будто врезались лбом в стену.

— Но что, если я использую магическую маскировку?

— Не сработает. Охранные заклинания развеют все чары иллюзии и покровы невидимости.

— Тогда что, если я просто войду внутрь с таким видом, будто у меня там законное дело? Внешне я не сильно отличаюсь от всей прочей нежити. У меня есть подходящая униформа и тот «дар красноречия», о котором ты упоминала. В конце-концов, это же дворец правителя страны. Люди, должно быть, постоянно приходят и уходят.

— Все п-п-привратники принадлежат к числу нежити, поэтому тебе окажется проблематично запудрить им мозги. А, если ты и сможешь их убедить, они приставят к тебе эскорт, чтобы сопроводить в нужное место.

— Проклятье, — на периферии его зрения находилась Х-образная деревянная стойка с оковами, удерживающими пленника за запястья и лодыжки, и Барерис поборол внезапное желание повернуться и пнуть её. Надеясь, что это поможет ему успокоиться, он сделал вдох.

— Хорошо, если ни магия, ни простая наглость не помогут, придется положиться на ловкость и скрытность.

— Да, — произнес Зеркало. — Но не тебе. Пока что нет.

Барерис нахмурился.

— Что ты имеешь в виду?

— Я могу летать, — сказал призрак. Клыкастое орочье рыло исчезло, сменившись темным лицом меланхоличного бородатого мужчины, которым он являлся при жизни. — Я владею врожденными способностями проходить сквозь стены и исчезать из виду, и заклинания Сзасса Тэма не смогут на них повлиять, или, по крайней мере, не настолько сильно, как на волшебные трюки. Если все пойдет не так, у меня больше шансов сбежать. Позволь мне попытаться проскользнуть туда в одиночку, и, если у меня всё получится, то завтра ночью мы отправимся вместе.

Барерису этот план пришелся не по душе. Теперь, когда они зашли так далеко, а Сзасс Тэм находился всего в миле от него, желание двигаться дальше сжигало его, словно лихорадка. Но он не мог отрицать, что в словах Зеркала имелось здравое зерно.

* * * * *

Во тьме Цитадель сияла, словно причудливое оружие с множеством клинков, устремленное в небеса, чтобы выпотрошить луну. Как и любой замок, достойный своего названия, от города её отделяло открытое пространство, а стены патрулировались охранниками.

Сквозь промежуток между двумя ближайшими строениями Зеркало наблюдал за стражей, засекая время, через которое они совершают обход.