И тотчас же раздались приветственные выкрики — все поздравляли графа. Несса же удивилась, что муж представил ее неполным именем — это было приятно. Она покосилась на него, и он ей улыбнулся. Потом вдруг незаметно подмигнул. У Нессы вырвался невольный смешок, и на щеках ее появились ямочки.

В этот момент Гаррик был по-настоящему счастлив; теперь он уже не сомневался в том, что сделал правильный выбор, женившись на Нессе. Может быть, его жена не так уж виновата, как он думал. Возможно, ее просто вынудили… Что же касается тех обидных слов, которые она сказала в начале дня… Граф был уверен, что со временем Несса станет относиться к нему иначе — он непременно этого добьется.

— Приветствую вас, миледи. — Торжественный голос сэра Руфуса нарушил безмолвный разговор новобрачных.

Несса перевела взгляд на капитана стражников, одетого в цвета Тарранта — серое и алое, — и сделала ошеломляющее открытие: этот человек, горделиво стоявший перед ней, так же опасался ее, как она — его. Но почему? Ведь он назначен на свою должность самим графом. Если граф ему доверяет, то какое значение имеет ее мнение? Рыцарь стоял гордо и прямо, но в глазах была тревога — он явно чего-то опасался. Может, здесь все мужчины проявляют настороженность по отношению к женщинам? Может, сами стены этого замка вызывают в людях какую-то особую болезнь?

— Благодарю вас, сэр. — Тихий ответ сопровождался теплой улыбкой.

Ее искренность и робкая улыбка сразу же расположили к себе сэра Руфуса. Нет, она не надменная леди, слишком утонченная для таких, как он. Но, наверное, она не знает правду о его происхождении. Он будет внимательно следить, не изменится ли ее отношение после того, как она узнает всю правду. Капитан покосился на графа и с удивлением отметил, что тот смотрит на свою жену с явным одобрением.

— Вы очень вовремя вернулись. Нам крайне нужен ваш совет. — Зная, что лорд предпочитает прямо высказанную правду, старый рыцарь без дальнейших церемоний стал рассказывать то, что графу следовало знать.

Сэр Руфус полностью завладел вниманием Гаррика; пронзительные ледяные глаза устремились на капитана и потребовали объяснения.

— Начался бунтарский ропот, о котором вы писали, — продолжал сэр Руфус. — И я слышал, что послано словечко — чтобы все ваши люди, молодые и старые, брались за оружие и готовились к бою. — Узловатые руки старого рыцаря сжались в кулаки. — Им говорят: большая толпа, даже если она вооружена только палками и кольями, разгромит стареющего короля, который не может держать в повиновении собственных сыновей. — Кулаки рыцаря разжались, и он в недоумении развел руками.

Граф ненадолго задумался; было очевидно, что нынешний ропот — дело серьезное. Гаррик был уверен, что, изгнав сэра Гилфри из Суинтона, он уничтожил рассадник мятежа, но оказалось, что все гораздо сложнее. Он слишком долго полагался на силу, а людям требовалась справедливость. Впрочем, он еще сегодня утром принялся искоренять ростки бунта. Он обещал людям, что снизит налоги, обещал проявлять внимание к их заботам — только так можно было их образумить.

Несса привыкла к резким обличительным речам королевы и теперь с удивлением слушала сэра Руфуса — его речь очень напоминала говор простолюдинов. Рыцари редко так говорят, тем более капитаны стражников. К тому же он явно гордится этой своей особенностью, хотя за годы, проведенные в замке Таррант среди высокородных рыцарей, мог бы перенять их манеру говорить. Ее восхитило умение гордиться тем, что ты таков, каков есть. Яркий свет позолотил завитки волос, выбившихся из тугих кос на затылке, когда она, чуть склонив к плечу голову, разглядывала старого рыцаря; при этом Несса одобрительно улыбалась — улыбалась, сама того не замечая.

— Мол, восстаньте и прекратите давать налоги в чужой карман! — В голосе сэра Руфуса звучало презрение к легковерным людям.