Моё добро не тронули. Может, о нём не знали, в чём я сильно сомневаюсь, но скорее всего, просто побоялись связываться. Два запасных аккумулятора для винтовки, новенькая зарядная станция на солнечных батареях плюс небольшой запас крылатых пуль. Но самое главное — три сухих пайка. Когда мы только прилетели на Элпис, у нас их девать было некуда, но спустя два года от них остались лишь воспоминания. А я как чувствовал, что рано или поздно они мне ой как пригодятся. По ходу, момент настал.

Затем я принялся за обыск каюты Плова. В вентиляции оказалось пусто, под кроватью тоже. Но это самые очевидные места, а Плов совсем не дурак. Не просто так он дорос до смотрящего зоной, в воровской иерархии нет места слабакам и тупицам.

Вытянув мультитул, я отыскал в нём отвёртку и принялся вскрывать панели. И нисколько не удивился, когда обнаружил клад, сковырнув третью по счёту декоративную накладку.

— Крысим? — раздался голос за спиной, заставляя меня вздрогнуть от неожиданности.

Уже второй раз не слышу, как ко мне подкрадываются сзади. Надо с этим срочно что-то делать, иначе долго я так не проживу. Я обернулся и встретился со строгим взглядом узбека. За его спиной с наглой ухмылкой стоял Ушастый с неизменными чётками в руках.

— Живой, — выдохнул я и уселся на его кровать. — Твою же мать! Не думал, что когда-нибудь такое скажу, но я чертовски рад тебя видеть.

— Ты почему о корабле не доложил? Где Талый с Синим? — проигнорировав меня, тут же наехал Плов.

— На нас по пути медведь напал, они не выжили.

— Очень удобно, да? — ухмыльнулся Ушан.

— Ты с меня спросить за что-то хочешь? — Я угрожающе поднялся с кровати. — Так говори прямо.

— Захлопнулись оба! — резко осадил наш пыл смотрящий. — На вопрос ответь.

— Я до корабля даже не добрался, — честно признался я.

— Ясно, — буркнул Плов и устало опустился на стул.

— И ты ему веришь? — попытался раздуть пламя раздора Ушастый. — Да мы его считай с поличным взяли. Это он нас аватарам сдал.

— Сука, — выдохнул я и ринулся в атаку.

Боец из Ушастого никакой, а потому кончился он буквально со второго удара и обрушился на палубу, словно мешок с дерьмом. Однако всё ещё оставался в сознании и прекрасно почувствовал мой ботинок, который врезался ему в живот. От дальнейших побоев его спас Плов. Он ужом вкрутился между нами, не давая мне нанести очередной удар.

— А ну сядь ровно! — рявкнул он. — Хватит нам между собой грызню устраивать! Сел, я сказал!

Я нехотя подчинился. Снова уселся на кровать, пытаясь унять дрожь в руках. Внутри продолжало всё кипеть, но головой я понимал правильность посыла. Нас и без того почти не осталось.

В коридоре раздался топот, и вскоре, в и без того тесной каюте нарисовались ещё трое: Клоп, Мутный и Жухлый. Последний держал в руках кувалду.

— Чё за шум? — тут же поинтересовался Клоп. — О, Тень, здорова. А ты здесь откуда?

— Из чрева матери, — огрызнулся я, всё ещё находясь под действием адреналина.

— Ясно, — ухмыльнулся он. — Ну, мы пойдём?

— Что у вас? — остановил вошедших Плов.

— Так, по мелочи, — поморщился тот. — Пара стволов да пуль россыпь. Синепупые почти всё забрали. Видать, как шухер начался, пацаны заначки опустошили.

— Хуёво, — заключил Плов. — На складе кто?

— Ржавый и Суслик, там с ними ещё пара пацанов.