|
На босых ногах — легкие мокасины. Ясно было, что человек шел из дома, да — собственно, и здесь, в ресторане — чувствовал себя совершенно по-домашнему. Спросил чаю с лимоном, внимательно в упор разглядывал собеседника, подперев кулаком острый подбородок, — такая была у него любимая поза. Так слушал и смотрел. Собеседник — впрочем — не смущался нисколько, заказанный ужин уплетал с аппетитом, пропустив уже — между делом — несколько рюмок водки. Жевал, временами причмокивал, кряхтел, опрокинув рюмку, — но говорил. Ибо затем и приехал, а вернее — был зван сегодня. Рассказывать. — Вот что меня искренне удивляет, Саша… Ну, был бы чекист. Ну, гебье — оно и в Африке гебье. У них — инстинкт, бульдожий: сжал челюсти — надо не надо, уже не отпустит. Но этот — мент. Опер. И — туда же. Короче. Совещание закрытое для сотрудников и слушателей академии безопасности. Выступал минут сорок. Я так понимаю, Саша — репетировал. Потому как — для таких откровений аудитория явно не та.
— А какая — та? — А не знаю. Может, Верховный совет, может, съезд. Может — госсовет. Или Совбез. — Ну, и зачем ему какие-то репетиции? Первый год замужем? — Не знаю. Допускаю — сознательную утечку. Бросил камень, посмотри теперь, как пойдут круги по воде. — Ладно, это выясним. Что говорил? — Коротко. Пять разломов. Пять точек, ну, вернее, проблем, которые могут погубить Россию, если не предпринять следующих мер. — Вот так, значит. Глобально. Ну, давай по порядку. С первой по пятую. — Даю. Первое — развал структур бывшего КГБ СССР… — Ну, это уже слышали не раз. Понятно — мужик бьется за бюджет. Штаты, оборудование, обучение, привлечение. Мне мой начальник службы безопасности ту же песню поет каждый божий день. — Нет, погоди, тут не все так просто. Он не о деньгах и не о штатах. Во-первых, вывод погранвойск, в результате чего утрачена связь между первым эшелоном защиты и центральным звеном. Во-вторых, вывод ФАПСИ… — Ну, понятное дело — уходит вся прослушка. Обидно. — В-третьих — вывод следственного управления. — Ну, это тоже понятно. За следствие бьются все: и ГБ, и прокуратура, и ты… — У меня нет следствия. — Знамо дело. А хотелось бы. Возбудил бы сейчас против меня пару-тройку дел, и говорили бы мы с тобой, Валентин Алексеевич, совсем по-другому. Правда ведь? То есть, это ты со мной говорил бы совсем по-другому. Ладно. Шучу. Это ваше ведомственное, ничего принципиально важного для себя я пока не слышу. — В четвертых, хаотичное формирование новых спецслужб, наделенных правом ведения оперативно-розыскной деятельности. Ну, сам понимаешь — наружное наблюдение, «прослушки»… — Ну, это еще более понятно. Конкуренция. — Конкуренция конкуренцией, Саша, но по мне, не есть хорошо, когда одна спецслужба России бегает за другой. — Это ты про ребят Коржакова, которые тебя пасут? — Это я вообще. — Ладно. Это все пять? — Нет. Это пока только про развал КГБ. — Понял. Проехали. Дальше. — Развал оборонки, который программируется на законодательном уровне. Правительством, и даже президентом подписываются распоряжения и указы. — Понял. Можешь не продолжать. Примеры приводил? — Зачел несколько. Из целого списка, как я понял. — Нужен весь список. — Ну, попробую. — Дальше. — Отрыв сырьевых ресурсов от производственных, перерабатывающих комплексов. |
