|
Прежде он уже сталкивался с нейрохлыстами, в том числе и в самом буквальном смысле. Хотя в основном их использовали при допросах и для управления рабами, в рукопашном бою это тоже было на редкость грозное оружие. Насколько он знал, конкретно у этой модели в рукоятку был встроен примитивный дроидный мозг. Когда хлыст касался чьей-то кожи или шкуры, мозг анализировал отраженный электрический сигнал и тут же подстраивал частоту и ритм разрядов так, чтобы доставить нервной системе этого существа как можно больше боли. Лэндо не знал, какая у хлыста максимальная мощность. И не горел желанием выяснять.
На пятой минуте ожидания Калриссиан принялся рассматривать витиеватое плетеное зеркало, пытаясь проследить, правда ли оно соткано из одной-единственной нити. Наконец, в вестибюле снова показался Виллакор, держащий в руке черную инфокарту.
– Великолепно. – Лэндо шагнул к нему и протянул руку. – Как мы и договорились, я расшифрую один файл, выбранный случайным образом… – Аферист осекся: Виллакор отдернул руку, чтобы гость не дотянулся до карты.
– Я попрошу вас кое-что учесть, – тихо проговорил наместник. – Я знаю, какой звук издает криодекс, когда просто считывает и расшифровывает файл. И ничуть не хуже знаю, как он шумит, когда копирует целую инфокарту. Если я услышу второй звук, то убью вас обоих. Это ясно?
– Разумеется, – кивнул Лэндо. Винтер заверяла его, что видела криодексы в действии, когда еще была вхожа в королевский дом Алдераана. Но он понятия не имел, пришло ли ей в голову снабдить их переделанный планшет нужными звуковыми эффектами.
– Я не собираюсь ни копировать карту, ни прибегать к иным уловкам, – он постарался говорить как можно искреннее. – Зачем мне идти на такой глупый риск, если впереди меня ждет куда более крупная выгода?
– Если я соглашусь с вами работать.
– Согласитесь, – заверил его Лэндо. – Ваша выгода будет не меньше.
Виллакор еще мгновение смотрел на него, затем протянул инфокарту.
– Один файл, – велел он. – И я хочу увидеть данные на экране. Вам надо первым делом ввести код доступа?
– Надо, но он уже введен, – ответил Лэндо, гадая, не было ли в вопросе подвоха. Винтер ничего не упоминала о коде доступа. Впрочем, она и не сказала, что кода нет. А в дипломатическом приборе обязательно должна быть такая защита.
Лэндо снова подошел к Зербе, на ходу невзначай бросив короткий взгляд на инфокарту. Она была матово-черная, а в центре на глянце красовалась эмблема «Черного солнца» как раз нужного размера. Идеально.
– Вас интересует запись под каким-нибудь конкретным номером? – спросил он, передав Зербе карту и снова отступив на шаг.
– Удивите меня, – сухо сказал Виллакор.
Лэндо махнул рукой Зербе:
– Удиви его.
Кивнув, Зерба застучал по клавишам криодекса. Раздался тихий звук, почти хрип, и на экране с короткой вспышкой высветилась голова какого-то гоука с костяными гребнями и брылястыми щеками. Приподняв криодекс, Зерба повернул его к Калриссиану.
– Готово, – объявил Лэндо, уставившись в экран. Бластеры стражников все еще смотрели в пол: видимо, со звуками Винтер угадала.
– Гоук по имени Морг Нар. В настоящее время работает на преступного главаря по имени Вонн Ионстрайк, который ведет дела из Облачного города на Беспине.
– И что с ним? – спросил Виллакор.
– Кажется, у Ионстрайка зуб на Джаббу, – продолжил Лэндо, стараясь не обращать внимания на зазвеневший на краю сознания тревожный сигнал. Что-то в тоне Виллакора показалось ему странным. – Он парализован, передвигается в парящем кресле. Судя по всему, Вонн всерьез намерен оставить Джаббу не у дел. А Нар занимается у него всей грязной работой.
– И?
– И похоже, что Нар состоит на жаловании у Джаббы, – выдохнул Лэндо. |