Дождавшись, когда наступит полночь, она позвонила Блейку. В Марокко в это время было раннее утро. Максин пыталась дозвониться на два его сотовых телефона, и наконец он ответил. Голос Блейка звучал еще более устало, чем накануне. Он всю ночь провел на ногах. Там, где находился Блейк, это было обычным делом. Спасатели не тратили время на отдых. Если Максин доберется до места катастрофы, она тоже впряжется в работу и забудет о себе. Блейк жил теперь по суровым законам, которые предписывала чрезвычайная ситуация.

— Я приеду, — не теряя времени, заявила Максин.

Услышав эти слова, Блейк заплакал от избытка чувств. Это были слезы радости, усталости, страха и благодарности. Блейк впервые в жизни сталкивался с человеческим горем, и все, что творилось вокруг, потрясло его до глубины души. Ему было трудно справиться с эмоциями.

— Я могу вылететь в четверг вечером, — продолжила Максин.

— Слава Богу, Максин… У меня нет слов, чтобы выразить свою благодарность. Ты чудесная женщина. Я люблю тебя всем сердцем.

Максин сообщила, какие сведения ей необходимо получить по приезде и что именно она хотела бы увидеть. Блейк обещал свести ее с должностными лицами и получить доступ в больницы. Максин намеревалась использовать каждую минуту своего пребывания в Марокко с максимальной пользой. Блейк тоже хотел этого. Он обещал выполнить все ее просьбы и, прежде чем закончить разговор, снова поблагодарил Максин.

— Я горжусь тобой, мама.

Дафна стояла на пороге спальни Максин и слышала весь разговор. По щекам девочки катились слезы.

— Спасибо, дорогая моя! — Максин, подойдя к дочери, обняла ее. — А я горжусь твоим папой. Он впервые попал в столь трудную ситуацию, у него нет никакого опыта, и тем не менее он самоотверженно работает, стараясь помочь пострадавшим.

Дафна явственно осознала в этот момент, что ее родители — хорошие люди, и это тронуло ее неокрепшую душу.

Максин торопливо составила список того, что ей было необходимо для поездки, а затем отправила Тельме письмо по е-мейлу с просьбой о том, чтобы коллега Тельмы подменила ее на работе в пятницу. И вдруг Максин вспомнила о Чарлзе. Надо известить его об отъезде.

Они планировали провести уик-энд в Саутгемптоне и встретиться с поставщиками и флористом. Чарлз мог поехать туда один и обо всем договориться, или они могли отложить эту поездку на неделю. Это несрочные дела, свадьба состоится только через два месяца. Впрочем, сегодня уже поздно звонить Чарлзу.

Максин легла в постель и долго лежала без сна с открытыми глазами. Она думала о том, что ей предстояло сделать в Марокко. Разработанный Блейком проект по спасению пострадавшего местного населения внезапно стал ее проектом, и она была благодарна Блейку за то, что он обратился к ней и привлек к участию в осуществлении своих планов.

На следующее утро Максин позвонила Чарлзу сразу после завтрака. Он собирался на работу. Максин тоже через двадцать минут должна была быть в своем офисе. Дети еще спали, а Зельда суетилась на кухне, готовясь к их шумному пробуждению.

— Привет, Максин, — бодро поздоровался Чарлз. Он был рад слышать ее голос. — Надеюсь, у тебя все в порядке? — Звонок Максин в неурочное время мог быть связан с плохими новостями. Несчастный случай с Сэмом многому научил Чарлза. Теперь он понимал, что жизнь человека, у которого есть дети, непредсказуема. — Как Сэм? — на всякий случай спросил он.

— С ним все хорошо. У меня для тебя неожиданное известие. Я должна уехать на эти выходные. — Максин понимала, что поступает со своим женихом слишком бесцеремонно, но у нее не оставалось времени, чтобы подготовить его.