Ему нравилось, что она очень эффектна и в то же время непритязательна. Он чувствовал себя щенком рядом с ней. С Блейком такое случалось крайне редко.

Метрдотель провел их к столику. Он был чрезвычайно услужлив и предупредителен с такими клиентами, как Арабелла и Блейк.

За столом у них завязалась непринужденная беседа. Блейк расспрашивал свою даму о работе, а она, в свою очередь, с удовольствием слушала его рассказы о бизнесе в области информационных технологий. Они разговаривали также об искусстве, архитектуре, плавании, лошадях, собаках, детях Блейка и успели обменяться мнениями, казалось, обо всем на свете.

В четыре часа дня парочка наконец вышла из ресторана. Блейк изъявил желание увидеть работы Арабеллы, и она пригласила его приехать к ней завтра в мастерскую после сеанса с Тони Блэром. Арабелла добавила, что в пятницу отправляется на природу. Блейк знал, что в Англии все, у кого есть загородные дома, уезжают туда на уик-энд.

Расставшись с Арабеллой, Блейк тут же стал мечтать о новой встрече с ней. Он горел желанием увидеть ее и ближе к вечеру послал цветы с запиской. Арабелла позвонила ему сразу же, как только получила подарок. Блейк пользовался услугами лучшего флориста Лондона и умело подобрал букет из орхидей и роз, в глубину которых были помещены ландыши. По его мнению, эти цветы очень шли Арабелле. Блейк впервые в жизни встречал такую интересную, экстравагантную и невероятно сексапильную женщину.

На следующий день он явился в ее мастерскую ближе к полудню, сразу после ухода Тони Блэра. Внешность Арабеллы поражала его. Эта женщина была непредсказуема, изменчива, многолика. Она представала перед ним то в образе светской красавицы, то в образе хрупкого эльфа. На этот раз на ней были забрызганные краской джинсы в обтяжку, кеды с красным верхом и белая футболка. На ее руке красовался массивный браслет с рубинами, а на лбу он снова увидел бинди. Ее облик, как всегда, был немного экстравагантным, но Блейк находил его очаровательным.

Арабелла показала гостю несколько законченных полотен, а также портреты, над которыми еще работала. Блейку особенно понравились картины с изображением лошадей. Мик Джаггер оказался прав: Арабелла, несомненно, обладала незаурядными способностями живописца.

— Вы фантастически талантливый человек, Арабелла, — искренне похвалил ее Блейк. — Я в восторге от ваших работ.

Арабелла открыла бутылку шампанского в честь первого визита Блейка в ее мастерскую, как она сказала, произнося тост, и выразила надежду, что он будет теперь здесь частым гостем. Блейк выпил два бокала, несмотря на то что не любил шампанское. В этот момент он, пожалуй, выпил бы даже яд, если бы его предложила прекрасная Арабелла. Посидев немного в мастерской, он предложил художнице отправиться к нему домой. Он хочет показать ей свои сокровища — отличную коллекцию предметов искусства, которой он по праву гордится.

Арабелла согласилась взглянуть, и они на такси поехали к Блейку домой. Увидев коллекцию, Арабелла пришла в неописуемый восторг. Блейк открыл для гостьи бутылку шампанского, а сам выпил водки. Он провел Арабеллу по дому, показал ей новейшую аудиосистему, домашний кинотеатр, оборудованный по последнему слову техники, познакомил ее со всем, что могло представлять для нее интерес, а в девять часов вечера они уже лежали на его огромной кровати и занимались любовью. Такого безудержного, сумасшедшего секса у Блейка еще никогда не было. Подобных острых ощущений он не испытывал даже в тот период жизни, когда баловался легкими наркотиками. Впрочем, он давно уже бросил это занятие. Арабелла действовала на него сильнее, чем любой наркотик.

Блейк чувствовал себя на седьмом небе от счастья, когда лег с Арабеллой в огромную ванну и она, усевшись на него верхом, начала бешеную скачку. Он застонал от острого наслаждения и кончил в нее — уже в четвертый раз за эту ночь. Арабелла звонко засмеялась своим переливчатым волшебным смехом, который Блейк впервые услышал в Кенсингтонском дворце, когда она предстала перед ним в образе лесной нимфы, лишив его покоя навсегда.