Loading...
Загрузка...

Изменить размер шрифта - +
Мысли о смерти вызвали у него смутное воспоминание, что за ним кто-то – или что-то – гонится и хочет его прикончить. Но кто этот преследователь и зачем ему дался Фрэнк, оставалось только гадать. Казалось, про погоню подсказал ему инстинкт, а не память о реальных событиях.

Налетел короткий порыв ветра. И снова все стихло. Как будто мертвая ночь захотела раздышаться, ожить, но у нее хватило сил лишь на один судорожный вздох. Скомканный газетный лист прошуршал по мостовой и замер возле правой ноги Фрэнка.

Еще один порыв.

Газета унеслась прочь.

И опять мертвое безмолвие.

Что-то неладно. Фрэнку показалось, что эти короткие порывы – предвестие беды: их насылает какая-то темная сила.

Он инстинктивно чувствовал, что на него вот-вот обрушится громадная тяжесть и раздавит как муху. Фрэнк поднял голову. В кромешной бездонной темноте зловеще сияли далекие звезды. Нависшая тяжесть была незрима.

Ночь снова вздохнула. На этот раз порыв сильнее. Повеяло сыростью.

Фрэнк был одет в джинсы и фланелевую рубаху в синюю клетку и с длинными рукавами, на ногах кроссовки и белые спортивные носки. Неплохо бы еще куртку. Фрэнк зябко поежился. И дело не в студеном воздухе – легкий ночной холодок скорее бодрил. Но Фрэнка пронизывал холодом сгустившийся в душе страх.

Ветер прекратился.

Снова повисла тишина.

Надо убираться отсюда, и побыстрее. Фрэнк отлепился от мусорного бака и, спотыкаясь, побрел по переулку. Фонарь остался позади, впереди чернел мрак. Фрэнк и сам не знал, куда идет, главное – подальше от этого опасного места. Лишь бы найти надежное укрытие. Да и есть ли оно, такое укрытие?

И опять налетел ветер. Теперь он принес чуть слышный леденящий душу свист, как будто вдалеке кто-то играл на флейте из кости диковинного животного.

Еще несколько шагов – и походка Фрэнка выправилась, а глаза привыкли к мутной темноте. Наконец он остановился. Справа и слева виднелись покрытые светлой штукатуркой арки с коваными железными воротами.

Фрэнк подошел к левой арке и подергал ворота. Заперты только на задвижку. Он открыл их и вздрогнул от скрипа петель. Не хватало, чтобы этот скрип услышал преследователь.

Преследователь не показывался, но Фрэнк точно знал, что за ним гонятся. Это было чутье зайца, который знает, что за ним по пятам бежит лиса.

Сзади опять налетел ветер. Как и в прошлый раз, Фрэнк услышал невнятную, путаную мелодию далекой флейты. Она не давала ему покоя, терзала, усиливала страх.

За черными железными воротами начиналась дорожка, обсаженная японской таволгой и кустарником. Фрэнк прошел между двух жилых домов и очутился в полутемном дворе. По углам двора тускло светили дежурные лампы. Дома были двухэтажные. Вдоль первого этажа тянулся крытый проход, вдоль второго – балкон с железными перилами, на этот балкон под козырьком, крытым черепицей, выходили двери квартир. Темные окна смотрели на травянистый газон, клумбы азалий, агавы, пальмы.

Тени пальмовых листьев распластались на скупо освещенной стене, неподвижные, как орнамент на каменном фризе. Но вот защебетала таинственная флейта, налетел новый, более сильный порыв ветра, и тени пустились в пляс. Расталкивая их, по штукатурке метнулся изломанный черный силуэт. Это Фрэнк стремглав пробежал через двор. Другая дорожка, другие ворота – и он выбрался на другую улицу перед жилым комплексом.

На этой улочке фонарей не было. Тут безраздельно царил мрак.

На сей раз ветер оказался упорнее и крепче. Когда же он внезапно стих, а с ним вместе оборвался нескладный щебет флейты, осталась только давящая пустота, словно ветер унес последние остатки воздуха. У Фрэнка заложило уши, как при резком перепаде высоты. Он бросился через пустынную улицу к стоящим у обочины автомобилям и только на бегу почувствовал, что с воздухом все-таки ничего не произошло.

Лишь четвертая машина оказалась незапертой. Это был "Форд".

Быстрый переход
Мы в Instagram