— Ты уже влажная.

— О Боже, Оливер. — Энни теснее придвинула свей бедра к его ищущей руке, чувствуя, что ее джинсы стали уже мокрыми. — Я никогда такого не ощущала.

— Я рад. — Он снова прижался к ней, его поцелуи были такими глубокими, что Энни нечем стало дышать.

Его рука продолжала ласкать ее между бедер.

Энни подумала, что сейчас сойдет с ума. Она стиснула колени, прижимая к себе его пальцы и мысленно умоляя усилить наслаждение.

Неожиданный тихий смех Оливера заставил Энни удивленно раскрыть глаза. Никогда прежде она не слышала, как он смеется. Уникальный звук его смеха был чем-то средним между низким рычанием и грубоватым мурлыканьем. Это привело ее в восторг. Она взглянула на него и увидела, как в глазах Оливера отражается лунный свет.

— Все в порядке, Энни, — проговорил он, почти касаясь ее рта. — Я позабочусь обо всем.

Она хотела спросить его, что он имеет в виду, но не могла найти нужных слов. И не успела. Оливер снова приник к ее рту в поцелуе. Услышав клацанье металла, Энни поняла, что он расстегнул ее джинсы.

Через мгновение рука Оливера была уже у нее под трусиками, нащупывая влажную, горячую и жаждущую плоть между ног. У Энни перехватило дыхание. Почувствовав, как его палец медленно вошел в нее, она и вовсе перестала дышать. Через несколько секунд сделала глубокий вдох.

— Оливер. Пожалуйста. Я не могу ждать. Я не могу ждать.

— Тебе не нужно ждать, — сказал он хриплым голосом. Он просунул ей в рот язык в то самое мгновение, как второй его палец нежно вошел в ее сокровенную плоть.

Энни застонала, когда он медленно раздвинул ее бедра, чтобы она полностью открылась под его рукой. Незнакомое, пульсирующее напряжение росло внутри нее. Она обвила Оливера руками, пытаясь теснее прижаться к нему. Его двигающиеся пальцы безошибочно нащупывали эрогенные места.

— Оливер. Боже мой, пожалуйста.

— Я хочу посмотреть, как ты взлетишь, Энни. Ты не должна бояться. Я поймаю тебя.

Что-то взорвалось внутри нее. Напряжение, такое сильное еще мгновение назад, сменилось утонченным оргазмом. Тело ее содрогалось под его настойчивыми пальцами. А затем волна удовольствия подхватила Энни, и она полностью растворилась в ней.

Бездыханным голосом, в котором она с трудом узнавала свой, Энни продолжала шептать имя Оливера.

Через минуту она обмякла в истоме. Рука Оливера тихо и нежно поглаживала ей позвоночник.

— Прекрасно. — Оливер поцеловал плечо Энни. — Замечательно. Но, впрочем, я с самого начала знал, что ты будешь именно такой.

Она взглянула на него из-под опущенных тяжелых ресниц.

— Это было чудесно. Просто чудесно.

Он удовлетворенно улыбнулся, как будто сам только что получил оргазм.

— Я рад.

— Я еще никогда в жизни такого не испытывала. Ничего похожего.

— Прекрасно!

Погруженная в мечты, Энни спросила себя, не потому ли испытанное ею ощущение было таким особенным, что она влюблена. Придя к этому выводу, ей пришлось тут же сделать и другой.

Энни в ужасе взглянула на Оливера.

— Ты даже не разделся.

— У нас полно времени. — Он поцеловал ей влажный лоб. — По сути дела, вся ночь.

— Да, я знаю. — Ее голос затих.

Что-то было не так. Она это чувствовала. Энни отыскала в полумраке лицо Оливера. В его глазах по-прежнему горела страсть. Возбужденное тело было напряжено от желания. И в то же время огромным усилием воли он сдерживал себя.

В эту же секунду Энни поняла причину своего беспокойства. С того момента, как она сказала Оли — — веру, что хочет лечь с ним в постель, он взял контроль над ситуацией в свои руки.