Вкус оказался настолько ярким, что у нее чуть колени не подогнулись. Не успев проглотить первый кусок, она уже тянулась за следующим. Канапе, тарталетки, профитроли — все исчезало с космической скоростью.

— Ля! — покосился на нее некромант. — Ты глянь, пылесос! Уймись давай, на тебя уже люди смотрят как на саранчу.

— Попробуйте, Велимир Святославович! — графиня наклонилась к некроманту и добавила шепотом. — После зелья еда вкусна как при жизни.

Старый некромант прищурился, но любопытство взяло верх.

— Да оставь ты мне! — он раздраженно шлепнул графиню по руке, когда та потянулась к последней тарталетке.

Закинул в рот изысканную закуску и… на мгновение в его глазах мелькнуло что-то давно забытое. Словно вспомнил себя молодым — еще до того, как связался с темной магией, до первого выпавшего зуба, до всех этих лет служения смерти. Вкус вернул его в те времена, когда он был обычным живым человеком.

И тут его будто прорвало. Некромант принялся сметать закуски с подноса, постанывая от удовольствия и причмокивая:

— Ох ты ж, матушка-заступница! Вот это вкуснота! М-м-м… божественно!

Группа аристократов неподалеку с ужасом наблюдала за этой сценой. Пожилая баронесса демонстративно отвернулась, а молодой граф покрутил пальцем у виска, глядя, как два респектабельных с виду человека набросились на еду как оголодавшие.

— Уважаемые гости! — раздался голос Полозова, прервавший их пиршество. — Прошу прощения, но прием в общем зале немного задерживается. К сожалению, не все пятикурсники вернулись с рейдов. Кроме того, некоторые студенты выполняют задания за пределами академии и должны вот-вот закончить.

Велимир Святославович тут же навострил уши. Вытерев салфеткой бороду от паштета, он подхватил графиню под локоть:

— Позвольте поинтересоваться, любезнейший, — проговорил он, подводя спутницу к Полозову. — Что это за задания такие за пределами академии? — Велимир Святославович подался вперед, демонстрируя щербатую улыбку с застрявшей петрушкой. — И скажите, Дмитрий Волконский тоже может там быть?

Полозов при упоминании этой фамилии поморщился, как от зубной боли.

— А вы-то откуда знаете Волконского, позвольте спросить? — в его голосе звучало плохо скрываемое раздражение человека, которому регулярно приходится разбираться с последствиями чужих «экспериментов».

— Ой, так это наш будущий зять! — некромант расплылся в улыбке, продолжая сверкать дырками между зубами.

— Теоретически… — Полозов поджал губы, — он может быть там. Хотя первокурсников крайне редко допускают до подобных заданий. Особенно таких… а его я бы и на пушечный выстрел не подпускал к ним и к другим студентам.

— А можно как-нибудь посмотреть? — оживился Велимир Святославович, пытаясь языком выковырять застрявшую зелень.

Графиня, до этого момента молча наблюдавшая за разговором, внезапно прониклась симпатией к строгому преподавателю. В нем чувствовалась та самая старая закалка, которой так не хватало современной молодежи. Она грациозно протянула ему руку:

— Профессор, позвольте представиться…

Полозов галантно склонился к ее руке, и графиня почувствовала легкое прикосновение губ к коже.

— На территорию мы вас, разумеется, не пустим — нельзя мешать студентам, — Полозов указал на широкую террасу, все еще держа руку графини чуть дольше, чем требовал этикет. — Но вот балкон в вашем распоряжении. Там даже бинокли выдают, если хотите высматривать своего… кхм… будущего родственника.

Он провел их на огромный балкон, откуда открывался вид за территорию академии.