Изображение на воде исчезло, оставив Алиен сидящей у фонтана с задумчивым выражением лица. Она медленно поднялась, огляделась, а затем направилась в сторону главного корпуса академии.

Я решил, что увидел достаточно. Пора было возвращаться в собственное тело и обдумать новую информацию.

Глава 9

Мир за окном только начинал просыпаться — рассвет неторопливо перетекал из багрового в золотистый, разгоняя тени по углам старинных академических построек. Я стоял у окна своей комнаты, рассеянно вертя в пальцах серебряную монету — имперский рубль с профилем последнего императора. Помогает сосредоточиться. Перетекая из пальца в палец, серебро ловило первые лучи солнца.

Сон не шёл. Как можно спать, когда твой мир превращается в перекрёсток, на котором встречаются все возможные главгады? Группа древних некромантов, лелеющих планы по превращению половины империи в армию послушных мертвецов. Демонолог — персональный враг, так сказать, из прошлой жизни, который очень хочет превратить меня в пепел. И эти «красные» со своими абсурдными планами по захвату мира.

Я усмехнулся. Какая ирония. Каждая фракция, несомненно, считает, что именно она обладает исключительным правом подчинить себе этот мир, а всех остальных претендентов следует уничтожить.

Монета перекатилась по костяшкам пальцев и взлетела вверх, поймав особенно яркий солнечный луч. На долю секунды комната озарилась серебристым светом. Я поймал рубль в воздухе и сжал в кулаке.

А ведь это может быть полезно, враг моего врага…

Старая как мир стратегия. Не самая изящная, но когда ты в меньшинстве, приходится использовать любые доступные ресурсы.

Я взглянул на часы. Пора выдвигаться. Дамир, этот платиновый чистокровка с ледяными глазами, ждёт меня в своей комнате. Самое время познакомиться с его отцом, старшим графом Голицыным, одним из высокопоставленных генералов синих магов.

Я оделся быстро. Чёрные брюки из плотной ткани, простая белая рубашка и пиджак академии. Встреча, всё-таки, проходит в студенческом общежитии, а не в имперском дворце.

Коридоры академии в этот ранний час были почти пусты. Лишь изредка попадались особо прилежные студенты. Я двигался быстро и бесшумно, погружённый в свои мысли.

Общежитие старшекурсников располагалось в северном крыле академии. Я быстро нашёл нужную дверь с номером «317», выгравированным серебряными цифрами. Я коротко постучал.

— Открыто, — раздался холодный, отчётливый голос.

Дамир сидел за столом у окна.

— Волконский, — он кивнул, не вставая. — Ровно в семь тридцать, как и договаривались.

— Голицын, — я ответил таким же кивком и опустился в кресло напротив него. — Приятно видеть, что пунктуальность в почёте у синих магов.

На столе между нами стоял тонкий ноутбук из матово-черного металла с эмблемой рода Голицыных на крышке.

— Отец будет на связи через несколько секунд, — произнёс Дамир, запуская программу и вводя длинный код доступа. — Прошу тебя, держи себя в руках.

Я позволил себе лёгкую улыбку.

— А с чего ты взял, что я буду вести себя неподобающе?

— Потому что я тебя знаю, Волконский, — ответил он. — И, боюсь, начинаю понимать.

Не успел я ответить, как экран ноутбука засветился, и на нем появилось изображение, быстро обретающее чёткость после установления соединения.

Граф Голицын восседал в кресле, обтянутом синим бархатом, на фоне массивного книжного шкафа.