|
Она знает, что на Эритро ей ничто не угрожает. Она смотрит на океан из иллюминатора в полной уверенности, что самолет не упадет и не утонет вместе с нами. Была ли у Марлены подобная интуиция на Роторе? Или она иногда, как и любой другой подросток, ощущала неуверенность, небезопасность, конечно, если на то были причины? - Да, без сомнения. - Но здесь она стала совсем другой. Она абсолютно уверена в себе. Почему? - Не знаю. - Не действует ли на нее Эритро? Нет-нет, я совсем не имею в виду чуму. Нет ли здесь какого-то другого эффекта? Чего-то совершенно иного? Я объясню, почему я задаю эти вопросы. Что-то подобное я ощущаю на себе. - Что ты ощущаешь? - Определенный оптимизм в отношении Эритро. Теперь я ничего не имею против его безжизненности или чего-то другого. Нельзя сказать, чтобы я раньше питал особое отвращение к планете или она причиняла бы мне какие-то серьезные неудобства, но все же я никогда не любил ее. Во время же нашей экскурсии Эритро нравился мне больше, чем когда-либо за все десять лет, проведенных на станции. Вот я и подумал, не заразительна ли радость Марлены, не могла ли она каким-то путем передать ее мне? Возможно и другое объяснение: если Эритро как-то действует на Марлену, то в ее присутствии он может точно так же влиять и на меня. - Думаю, Зивер, твой мозг тоже пора проверить на сканере, - с издевкой заметила Юджиния. Генарр только чуть поднял брови. - Ты думаешь, я не сделал этого? Все десять лет я регулярно прохожу проверку. Никаких изменений нет, если не считать обычных последствий старения организма. - А после вашей экскурсии на самолете ты тоже проходил сканирование мозга? - Конечно. Прежде всего именно это я и сделал. Я не настолько глуп. Полный анализ сканограммы еще не готов, но предварительные данные говорят об отсутствии изменений. - И что же ты думаешь делать дальше? - Мне кажется, следующим нашим шагом должна быть прогулка с Марленой по поверхности Эритро. - Нет! - Мы будем очень осторожны. Я и раньше выходил со станций. - Может быть, ты и выходил, - упрямо твердила Юджиния. - Но Марлена не пойдет. Никогда. Генарр вздохнул. Он повернул кресло, бросил взгляд на глухо задернутое окно в стене кабинета, как бы стараясь увидеть сквозь него красные равнины планеты, потом снова перевел взгляд на Юджинию. - За стенами станции лежит огромная неизведанная планета, - сказал он. - Эта планета принадлежит только нам. Мы можем построить здесь для человека новый, более совершенный мир, если учтем все ошибки, сделанные нами в старом мире. На этот раз у нас все условия для того, чтобы создать совершенно новый, достойный человека мир. К красному свету можно привыкнуть. Мы можем заселить его нашими растениями и животными. Перед этим процветающим миром будет свой путь развития. - А чума? Как же с ней? - От чумы можно избавиться. Тогда Эритро будет идеальной планетой для человека. - Можно сделать идеальной планетой и Мегас, достаточно избавиться от избыточной температуры и чрезмерной силы тяжести и изменить его химический состав. - Конечно, но согласись, чума - это одно, а температура, гравитация и химический состав - совсем другое. - Чума по-своему тоже смертельно опасна. - Юджиния, кажется, я уже говорил тебе, что Марлена - самый ценный человек на планете. - Для меня - конечно. |
