— Методом проб и ошибок. Я думал, что вы поменяетесь в день казни, но когда вернулся туда, узнал, что свадьба не состоялась: ей помешала ведьма, которая появилась прямо в церкви. Кстати, ее сожгли в тот же день.

— То есть я умерла? — прежде мне не приходилось заикаться. Но весть о собственной смерти кого хочешь может подкосить.

— Было дело.

— Так, кажется, у меня сейчас голова взорвется, — простонала я, обхватывая эту самую голову руками и пытаясь собрать мысли в кучу.

— Ладно, на сегодня с новостями закончим, — решил Джеймс. — Завтрашний день от нас не убежит. Пойдем спать.

— В смысле пойдем? — опешила я.

— В самом прямом, Кэтрин.

Тут же вспомнились слова Джеймса, что он собирается стать моей тенью

— И где же вы собрались почивать, лорд Честли? — я перешла на официальный тон.

— Вы догадливая девушка, мисс Фортескью, и все прекрасно понимаете, — последовал моему примеру Джеймс.

— А разве нельзя поставить какое-то охранное заклятие?

— Все заклятия, которые я знаю, известны также и Мелинде, поэтому она обойдет их в два счета.

— Ну, так заприте меня где-то! — в сердцах воскликнула я.

— Я и так запру тебя, — вернулся к дружественному тону Джеймс. — А вместе с тобой и себя тоже.

— Но я не хочу спать в одной комнате с тобой!

— Не будьте ребенком, мисс Фортескью! — снова включил «виконта» Джеймс. — И потом, я не собираюсь покушаться на вашу честь.

— Ну, хоть за это спасибо, — пробормотала я. И добавил уже громче: — Пойдем спать.

Джеймс промолчал, но его лицо словно говорило: «И зачем было спорить?».

— Куда идти?

— Наверх.

У лестницы я решила пропустить Джеймса первым, он же остановился и сказал:

— После вас.

«Тоже мне джентльмен!» — пронеслось в голове, хотя он самый настоящий аристократ и есть.

Первым делом, мы заглянули ко мне в комнату за вещами, а потом уже пошли в спальню Джеймса.

Он запер за нами дверь, а потом сказал:

— Можешь, первая воспользоваться ванной.

Желание съехидничать тут же прошло, стоило лишь мне подумать, что, к счастью, Джеймс не будет сопровождать меня и туда.

Собираясь в эту поездку, я не планировала ночевать в одной комнате с мужчиной, поэтому ничего сексуального не захватила, точно также не взяла ничего, что могло быть привычно для гостя из XVI века. В сумке лежала трикотажная футболка моего прежнего бойфренда. Он ушел, забыв у меня сей предмет одежды, а я первое время надевала ее, чтобы поплакать в подушку, вдыхая аромат, пропитавший футболку. После первой же стирки парфюм выветрился, а вместе с ним прошло и мое чувство. Но спать в этой трикотажной вещице оказалось весьма приятно, и я не стала изменять традиции.

Выскользнув из ванной, я устремилась к кровати. Этот предмет мебели и манил меня, и в тоже время отпугивал.

— Ложись на полу, — попыталась хоть как-то повлиять на ситуацию я.

— Еще чего! — хмыкнул Джеймс.

— Тогда я лягу на пол.

— Как хочешь.

«Вот и джентльмен!»

Я посмотрела на пол — такой жесткий, потом на кровать — такую соблазнительно мягкую и, юркнув под одеяло, прочертила демаркационную линию:

— Это твоя половина кровати, а это моя!

— Как тебе будет угодно, — небрежно заметил Джеймс и зашел в ванную.

Закрыв глаза, я все ждала, когда же он вернется. Все ждала. Ждала...

Вот тихонько открылась дверь. Шаги. Непонятный щелчок — видимо, Джеймс выключил свет. Снова шаги. Шорох одежды. Он раздевался?! Я надеялась, что в нем взыграют приличия, и он ляжет поверх одеяла.