Ну а если у Монтойи чуткий сон? Что, если он поймает ее и рассердится? Она боялась даже думать о том, как он придет в ярость и что скажет.

Может быть, она сможет каким-то образом проверить, крепко ли он спит?..

Она убрала руку с твердых мышц его живота и слегка погладила его бедро. Мускул дрогнул, но Монтойя не пошевелился.

У нее появилась надежда.

Подняв голову, она обвела восхищенным взглядом его словно высеченную скульптором красивую грудь. В комнате стало значительно светлее, после того как Монтойя развел в камине огонь, чтобы прогнать стоявший в ней холод, и шрам на его плече стал более заметным. Амелия с сочувствием разглядывала пулевую рану. Судя по ее размеру и отходящим от нее мелким шрамам, это была страшная рана.

Она поцеловала шрамы, чуть касаясь кожи. Ритм его дыхания изменился, и она со страхом увидела, как напрягаются его соски.

Каким непостижимо завораживающим было человеческое тело. В эту ночь она так много узнала о своем собственном. Неожиданно ей захотелось узнать все и о его теле.

Впечатление от его искусства любовника было еще свежо и живо в ее голове. Она дотронулась языком до крошечной капли на его смуглой коже. Она была соленой и плотнее, чем у нее.

Подражая тому, что он делал с ее грудью, Амелия взяла в губы его сосок и осторожно втянула его. Монтойя беспокойно пошевелился, но не так, как она ожидала.

Она положила согнутую в колене ногу на его бедро. Кровь медленно закипала в ее жилах, а рот наполнился слюной.

Из-под опущенных ресниц Амелия взглянула на его лицо. В темной глубине маски не было видно блеска глаз. Казалось, Монтойя спал.

Осмелится ли она и дальше рассматривать его?

Жгучее любопытство не позволило ей долго думать. Она соскользнула вниз, стягивая за собой одеяло.

– Ты играешь с огнем, любимая.

От его голоса Амелия вздрогнула. Она посмотрела на него и увидела, что он следит за ней горящими глазами.

– Ты давно не спишь? – спросила она.

– Я еще и не засыпал. – Он насмешливо улыбнулся, и она увидела эту ямочку.

– Почему же ты молчал?

– Я хотел посмотреть, как далеко ты зайдешь. – Он поднял руку и кончиками пальцев поправил выбившийся локон ее волос. – Любопытный котенок, – пробурчал он.

– Тебе не нравится?

– Совсем наоборот. Твои прикосновения драгоценны.

Посчитав, что это разрешение продолжать, она снова принялась изучать его тело. Она провела кончиком пальца по всей длине его члена и улыбнулась, когда он выпрямился от ее прикосновения.

Незабываемые ощущения, испытанные, когда она сжимала его внутри себя, лишали Колина голоса, чтобы ответить ей. Он был настолько возбужден, что только силой воли мог сдерживать себя. Когда она прикоснулась к нему, он подумал, что это произошло случайно. Когда же она, навеки приковав его к себе этим ощущением, прикоснулась губами к ране, это чуть не убило его. Много лет назад именно этот выстрел разлучил их. Эту рану он получил, пытаясь спасти ее.

Взгляд Амелии, скользнувший вниз по постели, остановился на уровне его паха. Одного взгляда на его тело было достаточно, чтобы возбудить ее.

Колин затаил дыхание от ее жадного взгляда. Хватит ли ей смелости?

В ту же минуту он получил ответ. Она высунула язык и слизнула капельку.

Колин хрипло выдохнул, задыхаясь от наслаждения, острого, как удар хлыста.

Она пристально смотрела на него чуть прищуренными глазами – взгляд, знакомый ему с тех далеких лет. Это был расчетливый взгляд, она смотрела так, когда решала, принять ли его вызов. Он улыбнулся, поняв, что она никогда не хотела показать свое превосходство над ним, она всего лишь хотела быть ему равной.

– Ты мне так и не ответил, – сказала она, лаская пальцем его член.