– Видел его по телику, – перебил Карнс. – Что самое интересное, он хорошо знаком с Уэйном Гарднером.

– «Битву оркестров» организовывала звукозаписывающая студия Канто?

– Точно.

– Но его группа выиграла, – заметил Джексон. – Наверняка это против правил?

– Без понятия. Его правила, его группа. Меня больше интригует тот факт, что, как ты уверен, Канто приезжал к Базвеллу.

– Можешь все проверить, Мик? Прогнать Канто по базам и сверить через ВТСЛА, какие транспортные средства на него зарегистрированы?

– Уже занимаюсь.

Не успел Джексон съесть сэндвич, как Карнс перезвонил опять.

– Канто ездит на «Транзите», владеет мотоциклом и желтым леворульным «Мустангом».

Джексон ощутил резкий прилив адреналина. По правде сказать, все это было из области косвенных улик, но таковые частенько приводят к железным доказательствам.

– Бери его.

– Что мне сказать Броуну?

– Придумай какой-нибудь благовидный предлог. И проверь номера на фургоне – посмотри, не соответствуют ли они какому-нибудь «Транзиту», который въезжал в центр Бирмингема в интересующее нас время.

Коротая час за часом, Джексон внимательно отслеживал все поступающие новости, чтобы быть в курсе: угон дорогого «Ауди» – водителя выбросили из машины на дорогу; у кого-то на улице выхватили сумку; стихийный митинг протеста против закрытия центра помощи инвалидам и престарелым; резкое увеличение числа погибших на железной дороге. В любую минуту ожидал услышать сообщение об аресте за убийство Базвелла и отмене намеченного на вечер концерта.

Телефонный звонок от Карнса наконец поступил, когда Джексон размышлял, не стоит ли выбраться в город пешком или на такси. Карнс сразу перешел к делу:

– Облом.

– Что?

– Канто знал Базвелла по своим музыкальным каналам. Это подтверждено.

«Вот черт», – подумал Джексон.

– Он признал, что был у него в тот вечер?

– Признал.

Карнс казался осторожным в своих ответах, даже опасливым. «Интересно, – подумал Джексон, – что Карнс ему недосказывает».

– И твое мнение о нем?

Карнс примолк, чтобы подумать.

– Похоже, обычный парень. Сам знаешь этот тип: раскованный, харизматичный, вежливый, охотно идет на контакт.

– Но?…

– Есть что-то, чего он нам не рассказывает. Для начала, он изменил свою историю.

– Так-так, продолжай.

– Поначалу отрицал, что знал Базвелла. Когда мы объяснили, что его заметили входящим в дом Базвелла, выдал какую-то фигню насчет умственной перегрузки.

– Как будто это выскочило у него из памяти?

– Вот именно. Но как только он врубился, о чем речь, то сразу же стал сотрудничать – в полной мере и, я бы сказал, с энтузиазмом.

«Погоди-ка», – подумал Джексон.

– С какой это стати кто-то вроде Канто, успешный и небедный малый, станет приезжать к Базвеллу домой, куда-то в жопу мира, в Квинтон? Что-то тут не стыкуется.

– Согласен. И все же если Канто ломает комедию, то он чертовски хороший актер. Нам пришлось его отпустить.

И Джексон знал, что Броун не будет разрабатывать линию Канто в расследовании по делу Неона, поскольку, согласно его ходу мыслей, Неон не убивал Базвелла.

– Выходит, все оставлено без последствий?

Колебание Карнса было минимальным, но все-таки Джексон его уловил.