– Полиция. – Джексон сунул руку во внутренний карман куртки, словно бы собираясь вытащить удостоверение. При удаче новости о кратком посещении Канто полицейского участка должны были уже донестись и досюда. – К мистеру Канто.

Охранник отступил в сторону и толкнул дверь, из-за которой пахнуло холодом, сыростью и увядшей славой. Джексон, который и понятия не имел, куда идти дальше, наугад выбрал лестницу, которая вроде бы вела на тот же уровень, что и сцена. Пошел на шум и вскоре выбрался за кулисы, где и обнаружил Канто – тот стоял посреди большой группы рабочих сцены и еще каких-то людей, которые тесно обступили его со всех сторон, словно телохранители – клиента.

Канто вел оживленную беседу с потрясающей красоты женщиной, которую Джексон принял за фотомодель. Какой-то тип покровительственно обнимал ее за талию. Темные волосы ее спутника обрамляли довольно непритязательное, но в целом симпатичное лицо, несмотря на плоский, как у боксера, нос. Щеки и подбородок покрывала аккуратно подровненная щетина. Оба держали в руках фужеры с шампанским. Парочка – хоть на открытку.

При появлении Джексона Канто расплылся в улыбке. В глазах у женщины промелькнуло узнавание – словно она его уже где-то когда-то видела, но не могла с ходу сообразить, где и когда.

– О, господин детектив! Надеюсь, вы тут не по работе, – воскликнул Канто.

Джексон решил закосить под дурака.

– Так вы еще не знаете? – удивился Канто.

– Боюсь, что совершенно не представляю, о чем речь.

От Джексона не укрылись ни сильный дух травки, исходящий от одежды Канто, ни его прибалдевшие глаза. Он немедленно вспомнил замечание Мика Карнса относительно связи Базвелла с торговлей кокаином. Не был ли тот поставщиком Канто? Наркоманам, хочешь не хочешь, а приходится вращаться в криминальных кругах. Неудивительно, что визит полицейского вызвал у Канто определенные опасения.

Тот пренебрежительно усмехнулся.

– Полиция вбила себе в голову, будто я имею какое-то отношению к недавнему убийству.

– Господи! – вырвалось у того, что стоял рядом.

– Все о’кей, Гэри, – произнес Канто, поворачиваясь к своему темноволосому приятелю. – К счастью, это было всего лишь дурацкое недоразумение.

– Рад это слышать, – сказал Джексон.

Канто, словно бы вспомнив о приличных манерах, представил его Гэри и Наоми Фейрвезер. «Мэтт Джексон – офицер полиции», – добавил он. «Несколько лишнее», – подумал Джексон.

– Могу я принести вам выпить? – спросил Гэри Фейрвезер. У него были глубокие карие глаза, и говорил он с лондонским акцентом, не очень сильным. По крайней мере, выговор не эстуарный и не кокни.

– Не, все нормально, спасибо, – отозвался Джексон. – Не хочу портить вам праздник.

– Я настаиваю! – Экспансивно взмахнув рукой, Канто пошептался с одной из своих ассистенток, молодой женщиной с щелью между передними зубами, золотым кольцом в носу и множеством колечек поменьше в каждом ухе. – Мне льстит, что вы так скоро воспользовались моим приглашением.

– Не думаю, что человек вроде Мэтта пришел сюда ради музыки, – заметил Фейрвезер с легким смешком. – Я вовсе не собирался вас обидеть, – добавил он, переводя взгляд с Канто на Джексона.

– А я и не обиделся, – отозвался Джексон, игнорируя колючий комментарий и с облегчением увидев, что принесли его шампанское. – Всегда рад поддержать местную культуру. – Он принял фужер, чокнулся с остальными, не сводя глаз с воспаленных рук Канто. – Хотя должен признать, что поп-музыка – это все-таки не моё.