Он сжал кулаки так, что побелели костяшки. Милорд слишком хорошо понимал, почему леди Ромейн показалось, что так отвратительно блеснули глаза Николаса. Теперь лорд Мельбурн точно знал, что рассказы о «Клубе Адского Огня» не были преувеличением.

Сейчас он понимал, кто все оплачивал. В распоряжении Николаса было богатство Кигана — достаточное для восстановительных работ, обустройства пещер, несомненно, для приобретения продуктов и вина, требовавшихся в огромных количествах людям того типа, которые желали стать членами подобного клуба.

Именно деньги Кигана обеспечивали набитые женщинами повозки, приезжающие из Лондона. Женщинами, готовыми на все ради золота, готовыми отдаться животным страстям тех, кто хорошо платил, что мог себе позволить Николас, опирающийся на богатство Кигана.

— Боже, если бы я знал все это раньше! — воскликнул лорд Мельбурн.

Тут он вспомнил, как говорил майору Фостеру, что для того, чтобы действовать, нужны доказательства.

— Но предположим, — тихо произнес какой-то внутренний голос, — предположим, что доказательством будет Кларинда?

— Это невозможно, это немыслимо! — возразил здравый смысл, тем не менее предчувствие подсказывало, что девушка в смертельной опасности.

Она была утонченной и невинной, и, несомненно, Кларинда возбудила к себе ненависть Николаса Вернона, став наследницей земли и состояния, которое тот уже считал своим.

— Почему я не догадался, что с ней может случиться что-либо подобное? — спрашивал себя лорд Мельбурн. — Я должен был забрать ее из Пайори, где единственной ее защитой были умирающий человек и несколько старых слуг! Я должен был быть настороже, как только узнал, что подслушивавший лакей доставил свое сообщение в Лондон.

Он уже забыл, как еще недавно говорил себе, что все это не его дело, забыл, что он не хотел ни во что вмешиваться, забыл, что всего лишь сегодня утром решил, что со смертью сэра Родерика его партия будет доиграна и он не станет интересоваться будущим Кларинды.

Теперь лорд Мельбурн знал только, что должен спасти девушку, спасти от опасности столь ужасной, что он не мог даже четко представить ее или выразить словами.

Лошади быстро неслись вперед, тем не менее милорд постучал в стеклянное окно.

— Быстрее, — потребовал он от кучера, — еще быстрее!

Когда карета свернула на дорожку к Пайори, она понеслась с такой скоростью, что легкий экипаж закачался на рессорах, словно попал в шторм. Карета подъехала к входу, и не успел еще лакей соскочить с запяток, как лорд Мельбурн сам открыл дверцу и выскочил наружу.

У открытых дверей стоял Бейтс.

— Ваша светлость, слава богу, вы приехали!

— Что случилось? Где мисс Кларинда? — спросил милорд.

Тут вперед выбежала Роза. Слезы текли по ее щекам, глаза покраснели.

— О, ваша светлость, ее увез мистер Николас. Когда я надевала на нее плащ, она шепнула мне: «Передай его светлости — пещеры».

— Пещеры, — повторил лорд Мельбурн, чувствуя, что именно это он и ожидал услышать. — Как давно они уехали? Мисс Кларинда отправилась с ними по доброй воле?

— Думаю, у нее не было выбора, милорд, — сказала Роза. — Кроме мистера Николаса, был еще один джентльмен, мужчина средних лет, который показался мне — да простит меня ваша светлость — очень дурным человеком.

— Я знаю, кого вы имеете в виду, — быстро ответил лорд Мельбурн.

— Мисс Кларинда была очень бледной, — продолжала Роза. — Она высоко держала голову, но я уверена, милорд, что она была испугана. Под предлогом того, что розы на ее груди плохо прикреплены, она обратилась ко мне за помощью, шепнув при этом про пещеры, но ее руки дрожали, и, если бы цветы действительно оторвались, думаю, мисс Кларинда не смогла бы их приколоть самостоятельно.