— Вы привыкните к этому, — мудро заметила маркиза, и после целого месяца, проведенного в Лондоне, Кларинде пришлось признать, что старая леди была права!

Девушка начала находить, что принимать комплименты, которые шептались в ее ухо на каждом балу, очень просто; она привыкла видеть восторженное выражение на лицах мужчин, подносящих ее руку к губам; она научилась деликатно отказываться от предложенной руки и сердца, если только мужчины не были слишком настойчивыми или толстокожими, чтобы понять намек.

Единственным, что не переставало удивлять ее, было то, что она так мало виделась с лордом Мельбурном. Девушка с трудом могла понять, что, живя в доме мужчины, который был не только его хозяином, но и ее опекуном, она, тем не менее, практически не имела с ним прямых контактов.

Встречи их всегда происходили в присутствии других людей: или рядом находилась маркиза, или за столом были гости. Даже когда лорд Мельбурн сопровождал Кларинду на званые обеды, девушке казалось очень необычным, что он никогда не садился за стол рядом с ней и никогда не приглашал ее танцевать.

Когда они только приехали в Лондон, Кларинда была очень рассержена на лорда Мельбурна, и ей казалось, что придется непрерывно ссориться с ним, вести непрерывный словесный поединок, вызванный его властным собственническим поведением.

Однако ее предположения не подтвердились, и Кларинде не приходилось спорить с лордом Мельбурном ни по какому поводу.

Он вел себя учтиво, но как-то отрешенно и безучастно; а девушка чувствовала, что должна была быть ему благодарна за то внимание, которым она наслаждалась в Мельбурн Хаузе. Но сейчас она чувствовала, что, наверное, он умышленно старался не оставаться с ней наедине.

Время от времени она получала от его светлости послания, переданные через его бабушку. Именно так Кларинда узнала, что в том случае, если ей сделают нежелательное предложение, ей стоит только отослать джентльмена к опекуну, и лорд Мельбурн похоронит все его надежды получить руку девушки.

Кларинда обнаружила, что единственным способом связаться с лордом Мельбурном в таких случаях было написать ему записку, и частенько по утрам перед тем, как отправиться с маркизой на развлечения, девушка доставала лист писчей бумаги и выводила на нем изящным почерком:

«Лорд Уилмот навестит вас сегодня, милорд; у меня нет желания принимать его предложение».

Или:

«Возможно, капитан Чарльз Калдингтон попросит вашу светлость позволения встретиться со мной наедине; пожалуйста, откажите ему».

Лорд Мельбурн никогда не отвечал, но Кларинда заметила, что перед молодыми людьми, которые ей не нравились, закрывались двери их дома, и даже когда они встречались на других приемах, те больше не делали попыток приблизиться к ней.

Кларинда видела, что лорд Мельбурн чрезвычайно умело справлялся со своими обязанностями опекуна, но в то же время ей казалось, что он не испытывал желания общаться с ней лично.

До приезда в Лондон Кларинда только об этом и мечтала бы; однако теперь столь безучастное отношение милорда задевало девушку, хотя она и не признавалась себе в этом.

Когда Кларинда закончила одеваться к ужину в Карл-тон Хаузе, Роза восхищенно воскликнула, оглядев ее:

— Вы выглядите великолепно, мисс Кларинда, даже прекраснее, чем вчера вечером! Если бы вы только слышали все те приятные вещи, что говорят о вас, мисс!

Кларинда взглянула на свое отражение в зеркале. Ее сегодняшнее платье было зеленым, нежной зелени почек ранней весной, и девушке показалось, что в этом наряде, с крохотными бриллиантами, блестящими словно капельки воды, она была похожа на нимфу, поднимающуюся из озера Мельбурн.

И тут Кларинда вспомнила, что на ней было надето зеленое платье в тот вечер, когда Николас забрал ее в пещеры. Девушка вздрогнула. Может ли зеленый цвет приносить несчастье? Она сказала себе, что это полная нелепость.