-  Да, этот механизм кого хочешь доконает, - согласился с горбуном могучий герой. - Жуткая участь постигла Эврисфея, ну и поделом ему…

    -  Кстати, - спохватился Софоклюс, - а этот керинейский баран случайно где-нибудь поблизости не бродит?

    -  Нет-нет, что вы? - всплеснул руками горбун. - Баран сбежал. По слухам, познакомился с каким-то странствующим по Греции глухонемым и ушел вместе с ним в Пелопоннес.

    -  Фух, - облегченно вздохнул историк, вытирая взмокший было от страха лоб.

    -  Да, дела, - задумчиво протянул Геракл, страшно раздосадованный таким неожиданным поворотом событий. - Что же теперь делать, снова отправляться на Аргос?

    -  Нет, ни в коем случае! - яростно запротестовал Софоклюс. - Еще одной встречи с Зигмундисом Фрейдиусом я не переживу.

    -  Ладно, проехали. - Сын Зевса грустно махнул рукой и, достав из-за пазухи золотые яблоки, протянул их Тэнию. - Вот, держи, это тебе подарок. Линяй поскорее из этого гадюшника, купи себе где-нибудь в наиболее спокойной части Греции дом и живи там счастливо. Думаю, денег тебе хватит и на молодую любовницу, а может, и на целых двух!

    -  Не знаю, как мне и благодарить тебя, о великий герой. - На глаза горбуна навернулись слезы благодарности. - За эти яблоки я, пожалуй, смогу купить себе целый дворец. Но для начала отправлюсь на Аргос, где божественный Асклепий, по слухам, делает успешные операции по исправлению горбов у смертных.

    -  Только смотри не столкнись там с Эврисфеем, - засмеялся Геракл.

    -  Или с Зигмундисом Фрейдиусом, - добавил улыбающийся Софоклюс.

    Так великодушный сын Зевса осчастливил несчастного слугу жестокого Эврисфея.

    * * *

    На обратном пути из Микен решил заехать могучий Геракл в город Ойхалию, где правил царь по имени Эврит.

    Заехать в Ойхалию герой решил, увидав на придорожном дереве коряво выцарапанное объявление, в котором говорилось, что, мол, проживающий в знаменитом городе царь славится на всю Грецию как самый искусный стрелок из лука. И вот этот царь объявлял, что отдаст свою прекрасную дочь Иолу в жены тому герою, который победит его в состязании по стрельбе.

    Понятное дело, что эта Иола была сыну Зевса глубоко до фени. Возмутило героя другое. Возмутила наглость хвастливого негодяя.

    Да разве был в Греции более искусный стрелок из лука, чем великий Геракл?

    Как этот Эврит вообще посмел заявлять, что он самый искусный стрелок? Вытерпеть подобное оскорбление сын Зевса никак не мог, решив как следует проучить наглеца.

    Многие герои Греции приехали в Ойхалию, чтобы принять участие в ежедневных состязаниях. Геракл с Софоклюсом появились в городе как раз в тот момент, когда на центральной площади натягивал огромный лук пьяный в доску Тесей.

    Маленький, толстенький, смуглый царь Эврит стоял рядом с афинским героем и ехидно улыбался.

    В конце площади, огороженной натянутыми веревками, были установлены (на достаточно приличном расстоянии) небольшие мишени: деревянные щиты с весьма схематичным изображением улыбающегося врага Греции, царя эфиопов Мавра.