— Пожалуйста, сделай мне одно одолжение.

— Все, что захочешь.

— Забудь все, что я говорил вчера ночью.

— Что ты имеешь в виду?

Я вел себя как грубиян и распоследний дурак. А теперь у меня словно глаза открылись, Анни. Я обвинял тебя в нечестности-но сам-то тоже лгал. Себе лгал. Я люблю тебя. Люблю такой, какая ты есть, такой, какой ты стала. Пожалуйста, не гони меня. Я просто не смогу жить без тебя.

— Не гнать? — от внезапного пламени в ее глазах у него перехватило дыхание. Вот она, женщина, которая десять лет пряталась под покрывалом вины и боли. Вот она, его Анни. — Не гнать тебя? Да я сама тебя никуда не пущу, Харпер Монтгомери, — заявила она. — Ни за что. Никогда.

— Давай, Анни! Покажи ему! — поддержал Трейс.

Анни залилась краской, а Харпер рассмеялся и снова поцеловал ее. Это было словно… возвращение домой.

Когда напряжение и страх схлынули, Харпер помог Анни выбраться из машины.

— Постой здесь минутку. Я должен кое — что уладить.

Он обернулся как раз вовремя — Уокинг-стик уже собрался надеть на Уилларда наручники.

— Погоди, — сказал он. — Мне надо перемолвиться словом с задержанным.

Уокингстик прищурился.

— Харп, ты в своем уме?

— Вполне. Просто оставьте нас на минуту.

— Ладно. Только дай наручники надену.

— Ладно, погоди с этим, — Харпер взял Уилларда под руку и потянул его прочь от стоящих рядом мужчин.

— Мне нечего тебе сказать. — Уиллард сплюнул.

— Прекрасно. Зато у меня есть.

Стоя спиной к остальным, Харпер произнес не оборачиваясь:

— Эй, парни, видите тех коров за дорогой?

— Ну и дальше что? — спросил Трейс.

— Полюбуйтесь на них минуту-другую. Поверьте, эти коровы просто восхитительны. Да, кстати, пока будете смотреть на коров, помните, что я в отпуске, — и он, вложив в кулак всю свою ярость, ударил Уилларда в солнечное сплетение.

Уиллард схватился за живот, сложившись пополам.

— Это за то, что ты похитил Анни и угрожал ей револьвером, сукин ты сын! — Харпер схватил Уилларда за плечи и заставил его распрямиться.

— Да, — раздался голос Трейса. — Коровы и впрямь чертовски интересные. Спасибо, старина, я, ей-богу, рад, что ты здесь в отпуске и сумел показать нам этих коров. Было бы досадно пропустить такое захватывающее зрелище.

Харпер хладнокровно, от души, врезал Уилларду в скулу.

— А это за то, что ты напугал моего сына и заставил его плакать. — Он отпустил плечо Уилларда, и тот мешком свалился на землю.

— Никогда в жизни не видал таких замечательных коров, — произнес инспектор Говард равнодушным тоном.

— Ну, парни, теперь он ваш.

— Неужели? — лениво спросил Трейс. — Мы еще не налюбовались на коров. Ты про брата не забыл?

— Нет, — ответил Харпер угрюмо, потирая посиневшие костяшки пальцев. — Не забыл. Но это я приберегу до суда — я тут случайно услышал, как он сознался в убийстве.

Уиллард наконец пришел в себя и поднялся на ноги.

— Сучий потрох, ни хрена ты не слышал. Ты клевещешь на меня.

— Нет, он говорит правду! — Анни медленно приближалась к Уилларду.

— Анни! — Харпер попытался было остановить ее.