Шане доставляло несказанное удовольствие разглядывать твердые мускулы Торна, представшие ее взору. Кончиками пальцев она изучала смуглую кожу на его груди и животе. Девушка увидела, как мерцала свеча над его широкой обнаженной спиной, когда он наклонился, чтобы раздеться. А как только граф повернулся к ней лицом, ее дыхание замерло. Он даже не пытался прикрывать то место, которое без всяких слов говорило о его возбуждении.

Потом Торн оказался рядом с ней и молча привлек ее к себе. Шану охватил восторг. Взглядом Торн взбудоражил всю ее душу. Его пальцы запутались у нее в волосах, он жадно поймал ее рот своими губами, и они соединились в обжигающем, пьянящем поцелуе.

Шана не противилась, поглощенная тем, как его язык, нетерпеливый и горячий, страстно ворвался в ее рот.

Торн прильнул губами к ее груди и поймал спелый, возбужденный сосок, дразня и потягивая его, пока девушка не застонала от наслаждения. Но граф совсем не собирался останавливаться на этом. Его губы, обжигая, плавно скользили вниз ее живота, к впадинке, и прямо к тому нежному розовому месту, которое охраняло ее лоно. Торн медленно поднял голову. В его страстно горевших глазах промелькнула настойчивость, которую она не могла постичь, но и не могла больше противиться тому охватившему ее томлению, которое Торн разбудил в ней.

Он низко наклонил голову, а его язык коснулся нежной, еще не знавшей такой ласки плоти. Один раз, другой. Снова.

Время остановилось, когда он дерзко отправился на поиски, от которых у Шаны в душе все переворачивалось, и которые привели его к самому сокровенному, спрятанному где-то в глубине месту.

Принцесса чуть не задохнулась от потрясения. Она схватила его руками за плечи и прижала к себе. Никогда Шана не мечтала о такой откровенной близости. Она еще не испытывала в жизни ничего подобного.

Словно охватывая ее огнем, Торн все глубже проникал в то место, которое пульсировало, будто маленькое сердце. И когда он, наконец, пришел туда, Шана почувствовала, что возносится на небеса. Она услышала свой неистовый крик, вырвавшийся из груди. Никогда еще девушка не испытывала такого глубокого наслаждения.

Шана медленно приходила в себя и открыла затуманившиеся и ошеломленные глаза. Торн стоял перед ней на коленях. Принцесса увидела его возбужденную, тяжело пульсирующую плоть.

У Торна стучало в висках, а сам он был, словно огнем, охвачен страстью. Шана удивилась, когда граф посадил ее к себе на колени. Она обвила руками его шею. Торн жадно припал к ее губам, а затем, оторвавшись от них, глухо застонал.

Его взгляд блестнул, и граф посмотрел прямо ей в глаза.

– Обними меня, – прошептал он глухим голосом.

Руки Торна скользнули по бедрам девушки. Он слышал, как она тяжело дышала.

– Наш брак соединил нас, принцесса. Но мне хотелось бы знать, милая, ты хочешь меня?

Шана посмотрела на его точеное лицо, на крепкие, сильные мускулы. Не дыша, она разомкнула губы и прошептала:

– Я… да. Да!

Принцесса впилась ногтями в плечи мужа. Ей доставляло огромное наслаждение ощущать его.

– Торн, пожалуйста…

– Тогда возьми меня, любимая. Возьми меня.

Это был горячий, приводящий в дрожь шепот, который не оставил ее равнодушной…

Через некоторое время они расслабились, их руки переплелись, и укутанные ее разметавшимися волосами, они в полном изнеможении уснули.

ГЛАВА 20

Рано утром Шана проснулась оттого, что почувствовала, как чья-то грубая рука трясет ее за плечо. Лежа под измявшимися покрывалами, она попыталась что-то возразить и отвернулась. Девушке показалось, что она только сейчас сомкнула глаза, так как Торн лишь на рассвете дал ей возможность уснуть. Но рука продолжала настойчиво ее трясти.

Невыспавшаяся Шана привстала на локте, чтобы увидеть своего мучителя.