Наконец она опустила руку на стол и повернулась вполоборота, так, чтобы видеть его. Да, это был он, и его взгляд, конечно, устремлен на поднос.

– Вижу, ваш аппетит улучшился, принцесса, – приветствовал он ее с показным радушием. – Искренне надеюсь, что наша простая английская пища пришлась вам по вкусу.

Он стоял у двери, и хотя его одежда была обычного покроя, бархат его туники был великолепен. Но не это занимало ее сейчас, она отчаянно пыталась вытеснить яркое воспоминание, так некстати нахлынувшее на нее… Но образ становился только ярче. Перед ее мысленным взором стояли его гладкие широкие плечи и отливающее бронзой тело, покрытое темными вьющимися волосами. Щеки Шаны покрыл румянец смущения, но она ничего не могла с собой поделать. Какое-то мгновение она не могла отогнать навязчивую мысль, что она лежала обнаженной в одной кровати с этим человеком, а он спал рядом с ней!

Ехидное замечание уже было готово сорваться с языка, но она все-таки предпочла не обращать внимания на его норов. Она поднялась, повернулась к нему лицом, вскинув подбородок и расправив плечи.

– Вы как раз вовремя, милорд. Я уже собиралась просить вашего человека, чтобы он поискал вас.

Взор Торна уперся в нее. Он надеялся, что найдет ее все еще лежащей в постели, застигнет врасплох и испугает своим присутствием. Однако она стояла перед ним одетая, как всегда сдержанная и владеющая собой.

– Вы хотели услать его, чтобы воспользоваться возможностью сбежать, миледи? Я обещаю вам, что вы не выйдете за пределы комнаты без охраны. Замок полон рыцарей, миледи, и они теперь, к вашему сожалению, лучше осведомлены. Теперь все знают, кто вы в действительности.

– Я вовсе этого не собираюсь делать, – она непоколебимо внесла ясность. – Хотя, мне кажется, сейчас подходящее время спросить вас, собираетесь ли вы теперь все время держать меня в этой башне.

– Честна говоря, я еще не решил. Но полагаю, что вы можете принимать пищу в холле, если пожелаете, но только тогда, когда я либо Седрик будем находиться рядом.

– Седрик?

Он ткнул пальцем куда-то за плечо, показывая на рыжеволосого гиганта, стоящего на страже в холле. Мягкая линия его губ вытянулась в насмешливой улыбке.

– Вы сможете также прогуливаться по крепости, – продолжал он.

– Но вы же сказали мне, что я должна это делать обязательно с вами или с Седриком? – ее голос стал елейным. Она боролась с собой, пытаясь сохранить внешнее спокойствие, которое, тем не менее, быстро иссякло.

– Да, – блеск в его глазах говорил о том, что он получал особое удовольствие, напоминая ей об этом. – Но не заставляйте меня пожалеть о предоставляемой вам свободе, принцесса. Еще раз напомню вам, что право отменить эти привилегии находится исключительно в моей власти.

– Думаю, что вы и так достаточно долго говорили об этом. – На этот раз она даже не стала скрывать нотки язвительности в голосе.

Он приблизился к ней.

– Надеюсь, миледи, что это для вашей же пользы. Я искренне надеюсь, что все так и будет. – Его улыбка была такой же холодной, как и выражение ее лица.

Шана настороженно наблюдала, как он сократил расстояние между ними, остановившись совсем рядом с ней, так что ей достаточно было поднять голову, чтобы встретиться с его взглядом. Но прежде ее глаза медленно скользнули по крепкой шее и четко очерченным губам, которые больше не улыбались. Она боялась неизбежно попасть в сети его темных и бездонных зрачков. Ее привело в замешательство то, что глаза Торна ничего не выражали, в них не было ни печали, ни безразличия.