Она решила, что он проглотит это, поскольку так оно и было. Когда Рик заглянул утром к Мэри Фрэнсис, он представила его Блю как старого друга своей семьи, которого знает с детских лет, когда он еще торговал по выходным запчастями к автомобилям в магазине ее отца.

Тогда они очень спешили и не успели познакомиться поближе. Блю вовремя остановила Мэри Фрэнсис: чугь не проболталась Рику о смерти сестры. Блю торопливо объяснила, что тетя Мэри Фрэнсис, Селеста, заболела и ей нужна помощь племянницы. Сообщение о смерти Брайаны вызвало бы массу опасных вопросов.

Предупредив Рика, что, пока Мэри Фрэнсис не будет она поживет в ее квартире, Блю решила, что лучше отвлечь его от опасной темы, и, достав подушечку иголками, предложила починить ему одежду. Теперь она поняла, почему он дал деру.

– Меня уже тогда интересовали мужчины, озорно добавила она, ожидая неизбежных вопросов, что с Селестой? Как долго пробудет у нее Мэри Фрэнсис? Знает ли Брайана? Любой друг семьи обязательно задал бы первые два вопроса. Но Блю очень надеялась, что Рика заденет ее замечание о мужчинах. Уже тогда интересовали мужчины? Такую прелестную девушку? Вы шутите!

Но он молчал. Он просто смотрел на нее, а в глазах его читались куда более серьезные вопросы. Наконец Блю почувствовала, что хочет во всем ему сознаться, что Рик поможет выбраться из ада, в который она попала. Способен ли он спасти ее? А главное, от чего, собственно, ее надо спасать?

– Вы выросли в этом городке? – спросила она. Надо любой ценой отвлечь его, усыпить возникшие подозрения. Она ожидала утвердительный ответ и уже хотела было выразить свое соболезнование по этому поводу, но Рик покачал головой.

– Суитуотер – первый город, который попался мне в пути на восток, а все, что было до него, – уже история. Я ничем не отличался от здешних уличных мальчишек. В семнадцать уже был панком и успел отсидеть срок. Надо было сматываться, только я недалеко ушел. Куда уйдешь без денег! Мне повезло: Бен Мерфи как раз искал продавца запчастей. Это он посоветовал мне поступить в семинарию.

Что ж, неплохое начало разговора, но тут появилась официантка и все испортила. Сухопарая, старообразная, непрерывно жующая жвачку, с дежурной улыбкой на лице, она поставила на стол тарелку с рыбой и, подняв кофейник С ярко-зеленым ободком, спросила:

– Еще кофе?

– Мне. И покрепче. – Блю пододвинула чашку и вздохнула, наблюдая, как кофе заполняет ее. Еще немного, и ее нервы успокоятся. Еще чуть-чуть кофеина и сахара, И она почувствует себя прекрасно.

Рик от второй порции отказался. Однако Официантка улыбнулась и все равно налила ему кофе. «Откуда тебе знать, что для тебя полезно казалось говорила она. – Ты просто парень, Да еще и священник к тому же».

– Надеюсь, вам понравится рыбка, произнесла она, лукаво усмехаясь.

Блю посмотрела на отца Рика Карузо. Они улыбнулись друг другу – Блю в жизни не видела более грустной и обаятельной улыбки, чем у Рика. Сердце ее сжалось, и она совершенно ясно поняла опасность влюбиться грозит не только Кардиналу Фэнгу.

IIоговаривали даже о малоизученных процедурах – вживлении электродов, позволяющих испытывать удовольствие самыми различными способами, включая и стимуляцию нервных каналов. Вопрос об официальном признании таких процедур не заострялся, потому что влиятельных клиентов не волновало, одобрены они или нет. Официальные же власти смотрели на деятельность салона сквозь пальцы, потому что или сами пользовались его услугами, или посылали туда своих жен. А охрана такова, что и муха не пролетит.

Мэри Фрэнсис в число избранных не входила. До этого дня она никогда не слышала о салоне. Для нее «Претт-Андерсон Билдинг» был просто роскошным зданием В Сенчури-сити, одном из наиболее престижных районов Лос-Анджелеса, где проводили время самые красивые и влиятельные горожане, занимаясь тем, чем такие люди обычно занимаются.