– Чарли, поверни направо! – воскликнул юноша. Девушка резко вывернула руль, едва успев вписаться в поворот. «Сосредоточься. Сначала неотвратимое убийство, а все остальное – потом».

Вокруг, куда ни кинь взгляд, тянулись поля, многие участки были размечены и подготовлены для строительства, но пока работы на них были приостановлены, а на некоторых и вовсе не начинались. Тут и там громоздились бетонные плиты, почти полностью заросшие травой. На одном из участков, мимо которых проезжали ребята, возвышались вбитые в землю стальные сваи – каркас будущего здания, так и не залитый бетоном. Стройплощадка имела заброшенный вид.

На самом дальнем участке высилось несколько достроенных домов; земля между ними заросла травой и сорняками, даже стены кое-где зеленели – похоже, эта растительность буйствовала здесь уже много лет. Сложно было сказать, живет ли кто-то внутри. Много лет назад город прилежно готовился к демографическому буму, который так и не случился.

– Неужели здесь есть люди? – пробормотала Джессика, выглядывая в окно.

– Наверняка. На парковке стоят машины. – Джон вытянул шею. – Мне кажется, что это машины. Не знаю, где именно стоит искать в первую очередь.

– Думаю, надо просто проехаться вокруг. – Чарли сбросила скорость, и они пересекли ведущую к домам дорогу.

– А может, и нет, – сказал Джон. – Держу пари, это где-то у края строительной площадки. Люди наверняка вызвали бы полицию, если бы заметили, как чудища ростом под восемь футов копают ямы на чьем-то заднем дворе. Все эти пустыри отлично просматриваются.

– Конечно, – сказала Чарли страшным голосом. – Они прячутся под землей, подальше от чужих глаз и специально выбирают такое место, где их не найдут. – Она выжидательно поглядела на Джона, но тот лишь молча смотрел на нее. – Они умные, – пояснила девушка. – Думаю, я предпочла бы, чтобы они бесцельно бродили по улицам. По крайней мере тогда кто-то мог бы вызвать Национальную гвардию или еще кого-нибудь. – Чарли окинула взглядом окружающий пустырь.

Они медленно объехали вокруг жилого комплекса, заглядывая во все дворы. Некоторые дома выглядели заброшенными; половина окон была заколочена досками, в других вообще отсутствовали рамы, так что квартиры подвергались воздействию стихии. Буря и здесь оставила свой след, но никто не потрудился ликвидировать последствия. В одном месте упавшее дерево лежало поперек дороги, полностью перегородив подъезд к дому, но его не убрали, и дерево успело изрядно прогнить. На пустых улицах тут и там валялся мусор, забивая канавы и собираясь у бордюров тротуаров. Примерно в каждой пятой квартире на окнах висели занавески.

Время от времени они проезжали мимо припаркованной машины или перевернутого, лежащего на пожухлой траве трехколесного велосипеда. Людей не было видно, хотя один раз Чарли показалось, что она видела, как в одном из окон быстро задергивают занавеску. В паре дворов стояли пластиковые бассейны, заполненные дождевой водой, а еще в одном – большой батут с проржавевшими пружинами и разорванной тканью.

– Погоди-ка. – Чарли заглушила мотор и, выскочив из машины, побежала к высокому деревянному забору. Перепрыгнуть через забор не представлялось возможным, но Чарли удалось найти доску, державшуюся лишь на одном, верхнем, гвозде. Девушка сдвинула доску в сторону и заглянула в образовавшуюся щель.

С той стороны на нее уставились два круглых черных глаза.

Чарли замерла. Глаза принадлежали собаке. Здоровенный пес немедленно разразился лаем, скаля зубы и натягивая цепь.