— Добрый день, Александр Петрович, — приветствовал меня с вежливой улыбкой на лице секретарь главного знахаря. — А Вячеслав Анатольевич отлучился ненадолго, но скоро будет. Сможете подождать минут десять, максимум пятнадцать?

— Да, конечно, — кивнул я. — Подожду, он мне нужен.

— Может ему позвонить? — предложил секретарь.

— Если он скоро будет, как вы сказали, то не стоит, только задержим больше, — ответил я.

— И то правда, — кивнул он. — Кофе желаете?

— Да, давайте. С молоком пожалуйста.

— Сию минуту, — кивнул он и пошёл к кофе машине.

Раз есть свободное время, значит есть повод почитать учебник по фармакологии, чем я и занялся, достав его из портфеля. Теперь мне было удобно всё необходимое носить с собой, но есть и отрицательный момент — вес моего портфеля постепенно становился всё больше. Надо разобраться с содержимым и убрать всё лишнее. Хотя сейчас там лежат два килограмма мази, которые я сегодня раздам, уже легче станет.

Демьянов пришёл через десять минут, как и обещал секретарь. В фармакологию я вникнуть особо не успел, кофе допить тоже, поэтому пошёл вслед за ним в кабинет с чашкой.

— У меня к вам есть одно очень интересное дело, — сказал я в ответ на его вопросительный взгляд и усаживаясь на свой любимый стул напротив главного знахаря.

— Какое же, Александр Петрович?

То ли он понял, что я для него угрозы не представляю, то ли ещё какая причина, к мастеру души сходил, например, но у него полностью прошёл тик. Ну я на этот счёт без претензий, если человек чувствует себя лучше — это хорошо. Главное, чтобы и работал хорошо, без всяких закидонов и подводных камней.

— У меня есть образцы ранозаживляющей мази, которая на порядок лучше той, что применяется сейчас везде, в том числе и в вашей лечебнице.

В подкрепление своих слов я поставил одну банку перед ним. Он взял её в руки, повертел, разглядывая содержимое, открыл крышку, понюхал, даже ткнул туда указательным пальцем и размазал по большому пальцу. Снова понюхал.

— По крайней мере она так не воняет, как наша привычная, — сказал он, закрыл банку и вернул её мне. — Так чем она лучше кроме того, что белая и не воняет?

— Она не обладает раздражающим действием, как берёзовый дёготь, который содержится в привычной всем мази. Кроме того, местное обезболивающее действие и антибактериальный компонент. Основа мази действует наподобие повязки с гипертоническим раствором, но гораздо лучше, что будет способствовать очищению раны и отведению выделений.

— Будем надеяться, что именно так она себя и поведёт, — улыбнулся Демьянов. — Даю официальное разрешение на клинические испытания.

— Может тогда подскажете, кому из ваших знахарей лучше доверить такое задание?

— Тут лучше с Иваном Терентьевичем посоветоваться, раз вы сдружились, они между собой больше общаются, чем со мной, сами понимаете, — хмыкнул Демьянов. — Рябошапкин наверняка лучше знает, кто больше подходит для испытания мази.

— Наверно да, вы правы- улыбнулся я, вспомнив про забастовку у него в кабинете. Пожилой знахарь явно пользуется большим авторитетом в коллективе. Ну значит Демьянов сам виноват, что не смог вовремя расставить точки над ё. — Тогда пойду к нему.

— Всего доброго, Александр Петрович, — улыбнулся он, всем видом намекая, что мне пора.

Да у меня и не было причин задерживаться. Даже повода для возрождения тика не нашёл.

— Это очень приятная новость, Александр Петрович! — обрадовался Рябошапкин, разглядывая банку с мазью. Потом проделал все те же манипуляции, что и Демьянов. Только разве что на вкус не попробовал. — Если свойства этой мази такие, как вы говорите, цены ей нет.