|
Дежурил полковник Глазов, по счастью. - Глеб Витальевич, - голос Герасимова был сух и требователен, - немедленно свяжитесь с командованием флота и передайте указание перед торжественным построением экипажей обыскивать каждого, включая офицеров, на предмет обнаружения оружия. Глазов склонил голову, поинтересовался: - Это чье указание? Ох, умница, ликующе, с каким-то разряжающим напряг облегчением, подумал Герасимов. - Не почтите за труд позвонить Максимилиану Ивановичу Трусевичу и предупредите его, что проект приказа уже отправлен ему с нарочным. ...Трусевич, выслушав Глазова, спросил: - А где Герасимов? - Александр Васильевич выехал в город. - Вот тогда вы его дождитесь и скажите, что я такой приказ не подпишу. Ему поручено дело, ему и подписывать все приказы. - Ваше превосходительство, - ответил Глазов, - господин Герасимов объяснил мне, отчего он обременяет вас этой просьбой его указание - полковника по чину - не может быть отправлено адмиралу. Тот не станет брать во внимание предписание полковника... Герасимов, напряженно слушая разговор, не сдержал затаенной улыбки; сердце в груди ухало, кончики пальцев покалывало иголочками, ныло сердце. - Что ж, передайте Александру Васильевичу, когда он вернется, чтобы снесся со мною. Пусть он мне этот приказ направит с развернутым объяснением, а то как-то неловко получается - ему оказана честь, доверен самый боевой участок работы, а я за него, видите ли, подписываю приказы, несолидно... Герасимов поглядел на часы: семь минут шестого. В десять должен прибыть английский король. В восемь все чины полиции и охраны будут в гавани: цейтнот. - Вы прекрасно с ним говорили, Глеб Витальевич, - сказал Герасимов. - Если все кончится благополучно и коли охране выделят несколько "Владимиров" или "Анн", вы будете первым в числе награжденных. - Сердечно благодарю, Александр Васильевич... Мне очень приятно работать под вашим руководством. - Спасибо. Итак, за работу... Я продиктую приказ... ...Через семь минут два конверта с приказами: один - товарищу министра внутренних дел Макарову, а второй - Трусевичу - были отправлены адресатам с нарочным. После этого Герасимов позвонил товарищу министра Макарову и, сдержанно извинившись за ранний звонок, сказал: - Александр Александрович, сейчас вы получите приказ, который я не имею права подписывать, - только генеральский чин. Ознакомившись, вы поймете, отчего в этом возникла необходимость. В случае, если Максимилиан Иванович откажется поставить свое факсимиле, я сейчас же пишу рапорт об отставке: без такого рода приказа я не могу гарантировать благополучный исход известной вам встречи. Приказ должен уйти в штаб флота незамедлительно. |
