В любом случае, со своей задачей диверсионный отряд не справился. Мне пришлось доламывать за них изуродованные створки, чтобы освободить проезд… Броневику? С какой-то стороны его и впрямь можно было так назвать. Самоходный экипаж имел прочный металлический корпус из листового металла, а главное — собственное силовое поле, способное выдержать не слишком плотный обстрел. Только вот с орудием конструкторы не стали заморачиваться. Всё-таки это прежде всего транспорт, а не боевая машина. Для неё главное — довести группу до нужного места как можно скорее, поэтому основная ставка делалась на ходовую часть. Три пары здоровенных колёс из крепкого каучука и стали, причём все — ведущие. Из-за высокого клиренса в кабину приходилось буквально вскарабкиваться по лесенке, зато с проходимостью никаких проблем.

Разве что мигалки не хватало, но никому и в мыслях не придет преграждать этой махине дорогу.

Помещалось сюда до десяти человек помимо водителя, то есть стандартная «рука», только нам столько места и близко не требовалось. Водителя приложило так сильно, что Кораксу едва удалось стабилизировать его состояние. Вода под жутким давлением разрезала даже броню, да ещё и шпарила кипятком. Не будь с нами опытного полевого медика, бедолага точно отдал бы концы. Балка пострадала куда меньше, но психическое состояние девушки оставляло желать лучшего. Она и раньше не отличалась крепкой психикой (всё-таки гражданский человек), но смерть Ступора окончательно её подкосила.

В такие моменты жесточайшая военная дрессировка уже не выглядит столь бесполезной. Мы все неизбежно черствеем в процессе, и уже не так остро реагируем на гибель близких. Хотя… Кто из нас безгрешен? Сам-то недалеко ушёл. Хоть и в другой плоскости, однако назвать себя нормальным точно не могу. Психически здоровый человек себя не поджигает.

Как ни крути, я упустил из виду тот факт, что эти двое успели сблизиться за моей спиной, и теперь пожинал плоды своей недальновидности. Минус мне, как командиру. По итогу целителя тоже пришлось оставить, дабы он приглядывал за пострадавшими, а за штурвал уселся Кислый. Ветеран звёзд с неба не хватал, даже по меркам сержантского состава, но умудрялся выживать в самых поганых ситуациях. Другие одарённые на его месте вполне могли свариться, а он отделался лишь измочаленной бронёй и до последнего отвлекал «водника».

На таких бойцах всё и держится, хотя славу пожинают другие.

— Справишься? — уточнил я у него, когда мы устроились внутри.

— Доедем, — лаконично ответил старший сержант.

Это меня более чем устраивало. Мы не обязаны возвращать технику без единой царапины. Тем более, она без нас всё равно превратилась бы в утиль. Убедился только, что поблизости отсутствуют враги, после чего дал команду на отъезд. Машина кое-как протиснулась сквозь вскрытые ворота, после чего Кислый вырулил на осевой проезд. Дальше мне пришлось несколько раз выскакивать наружу, чтобы открыть очередные заслонки с помощью мастер-ключа. Делать нечего — других дежурных поблизости не осталось. Раздражала эта возня безмерно, хотя взрывать ворота куда накладнее.

Киборги поступили проще — пробурились прямо через технические коллекторы. До этого сработали диверсанты, обезвредив дежурных — возможно, тот самый водник-универсал. А там уже стало не до единичного прорыва, заполыхало решительно везде.