— Добрый, — кивнул Хасан, слишком демонстративно уставился на плазму. — Смотри.

Он переключил пультом крутившееся видео на что-то иное, а там транслировался какой-то бой…

Стоп! Не «какой-то», уж больно декорации знакомые.

Уловив изменения в моем настроении, хозяин заведения повысил громкость. Грянули трибуны, донесся возмущенный свист, и я увидел то, что раньше видеть никак не мог: как в октагоне суетятся рефери, охранники заламывают беснующегося Игоря Васютина, а мое окровавленное тело грузят на носилки.

— Хороший боец, — прокомментировал Хасан.

Считав его намерения, я скрипнул зубами — он хотел заполучить меня на бои хотя бы ненадолго и был настроен крайне решительно.

Я усмехнулся. Вот оно в чем дело! Переговоры Мики были заведомо провальными. Хасан рассчитывал, что я сцеплюсь с кем-то из охранников, и меня можно будет посадить на крючок и некоторое время использовать.

— Вы, я вижу, ценитель, — проговорил я, кивнул на кожаное кресло в углу. — Можно присесть?

— А ты наглец! — улыбнулся он и сказал охранникам: — Оставьте нас.

Сопровождающие сразу же вышли.

Говорил Хасан с легким южным акцентом, как и все здесь.

Я прокрутил в голове схему, которую накидал себе Хасан. Подсадные девки, скорее всего, профессиональные разводилы, а не воровки, разнюхали, кто мы. Пока бегали типа курить, донесли боссу. Он посмотрел на нас и узнал меня — не помню, чтобы парни при девках говорили, что я участвовал в боях без правил. А узнал, похоже, потому что фанат боев без правил и отсматривал все региональные турниры в честь дня рождения дорогого товарища Горского.

Видимо, когда я посетил его чебуречную, он решил заполучить меня гвоздем вечера в своем шашлычном турнире, но вместо того, чтобы накрыть нам поляну и просто по-человечески пригласить на турнир, Хасан своим южным, а оттого хитровыделанным разумом спонтанно решил провернуть такую махинацию, уверенный, что будучи загнанным в угол, я соглашусь украсить его турнир.

Нет, что-то не бьется. Откуда ему было знать, что у нас нет при себе банковских карт? Что Ромка безденежный игроман и не сможет оплатить с телефона?

Скорее Мика раскололся и сдал меня. Мои парни, разумеется, знали, кто я и чего стою, особенно после поезда. Видимо, наш горячий футболист по фамилии Плеймейкер, получив по зубам, сам выдал меня, как и рассказал, откуда я приехал, а дальше Хасан провел свое маленькое расследование и решил меня привлечь?

Да, скорее всего, так и было.

Но сразу показывать, что я обо всем догадался, не стоит. Хасан хочет, чтобы играли по его правилам, пусть думает, что он рулит процессом.

— Приношу извинения за своего друга, — сказал я. — Я бы с радостью компенсировал вам моральный ущерб прямо сейчас, но с нами случилась небольшая неприятность, нас обокрали.

Хасан скривился.

— Твой друг обвинил в этом — меня! А я, между прочим, уважаемый человек! Меня все в городе знают.

О, знакомая песня!

— Если бы он по-хорошему, по-доброму попросил помочь, я бы нашел негодяек, потому что, повторюсь, меня в городе все знают, а я знаю всех. Один звонок кому следует — и воровки наказаны! Но он сразу начал оскорблять и обвинять!

— Еще раз приношу извинения. Каким вам видится способ выхода из ситуации? — чувствуя, как Хасан сомневается, с какой стороны ко мне подойти, я облегчил его метания. — Может, мы в силах оказать вам услугу, в которой вы заинтересованы?

— Через полчаса начинается мой турнир, — не стал тянуть кота за хвост Хасан. — Предлагаю тебе поучаствовать. И тогда мы можем забыть о вашем долге.