|
К своему ужасу, Карин заметила, что на плече у Эрьяна красуется нечто, напоминающее свастику. Сальные тёмные волосы, напряжённое выражение лица. Одной рукой он придерживал за ошейник рычавшую бойцовую собаку, в другой дымилась сигарета. Прищурившись, он молча разглядывал их сквозь клубы дыма. Старая уловка всех преступников: начинать разговор должны копы.
— Вы были знакомы с Хенри Дальстрёмом?
— Ну что значит знаком? Я знаю, кто это.
— Вы знаете, что с ним произошло?
— Знаю, что он умер.
— Когда вы видели его в последний раз?
— Не помню.
— А вы постарайтесь вспомнить. Можем пойти в участок, если это освежит вашу память, — предложил Витберг.
— Чёрт! Это, пожалуй, лишнее. — Он скривился, видимо пытаясь изобразить улыбку.
— Тогда вы должны нам помочь. Для начала постарайтесь вспомнить, когда вы видели его в последний раз.
— Ну, вроде в центре, мы вообще только там встречались. Мы с ним особо не дружили.
— А почему?
— А зачем мне дружить с каким-то старым алкашом?
— Ну не знаю. А вы знаете?
Витберг повернулся к Карин, но та отрицательно покачала головой. Ей никак не удавалось расслабиться в тесной квартирке, где из-под стола на неё скалилась злая собака. Пёс постоянно рычал, шерсть на загривке вздыбилась, а хвост встал торчком. Карин ужасно хотелось закурить.
— Вы можете увести отсюда собаку? — попросила она.
— Кого? Хьюго?
— Так вот как его зовут. Милое имечко для такой собаки.
— У него есть сестра, зовут Жозефина, — проворчал Эрьян и отвёл собаку на кухню, оставив на попечение друзей.
Он обменялся с ними парой фраз, те громко заржали. Закрыв за собой дверь, Эрьян вернулся в комнату и с довольной улыбкой взглянул на Карин. «Впервые за всё время у него в глазах промелькнуло что-то живое», — подумала она.
— Когда вы видели его в последний раз? — повторил Витберг.
— По-моему, неделю назад, вечером, когда мы с Бенни сидели на автовокзале. Вспышка пришёл туда.
— И что вы там делали?
— Сидели, выпивали.
— Долго?
— Ну, не знаю, может, полчаса.
— Примерно во сколько?
— Думаю, около восьми.
— Попытайтесь поточнее вспомнить, какой это был день недели.
— Наверно, понедельник, потому что во вторник у меня были дела.
— Что за дела?
— Личного характера.
Полицейские не стали приставать к нему с расспросами на этот счёт.
— Вы когда-нибудь бывали дома у Хенри Дальстрёма?
— Нет.
— А в его фотолаборатории?
Эрьян отрицательно покачал головой.
— Но они с Бенни дружили, а вы с Бенни общаетесь. Как же так получилось, что вы никогда не бывали там?
— Не сложилось. Чёрт побери, да я же недавно живу здесь, всего три месяца.
— Хорошо. Что вы делали в понедельник вечером, после того как Дальстрём уехал домой?
— Мы с Бенни ещё немного посидели, хотя был жуткий холод, а потом пошли ко мне.
— Что вы делали?
— Да ничего особенного, сидели, отдыхали, смотрели телик, квасили потихоньку.
— Вы были одни?
— Да.
— Что произошло потом?
— По-моему, мы оба вырубились прямо на диване. Я проснулся среди ночи и ушёл спать к себе.
— Есть ли кто-то, кто может подтвердить эти сведения?
— Нет, вряд ли. |