| А тощий паренек в очках, оставив в покое спящего Боксу, прицепился к следующему писателю - долговязому мужчине лет тридцати с каким-то пустым лицом без всяких примет, по которому блуждала ни на секунду не исчезающая ясная улыбка сумасшедшего, впрочем, не буйного. Прежде я считал, что техникой подобных улыбок владеют лишь долго прожившие с США эмигранты. - Когда выйдет "Биде мага?" - допытывался паренек, - Почему еще нет анонсов по "Похмелью мага" и "Мочилову мага"? И почему перенесен срок издания "Ребер на трусах"?.. Творческий застой? - У меня застоев не бывает, - гордо отвечал тот, - Только в прошлом году у меня вышли "Офигение мага", "Попускалово мага" и, разумеется, самое известное - "Мир, труд, май мага". Hе считая сорока трех романов по уже готовым мирам, пятидесяти повестей и ста восемнадцати рассказов. Просто у издательства возникли непредвиденные сложности с... кхм... возможностями. Когда... кхм... возможностей станет больше - я продолжу. Уже анонсированы шестнадцать новых романов, в следующем году я думаю их закончить. - Hикит, куда тебе столько? - по-дружески поинтересовался кто-то из писателей, - Казначейство твои... возможности печать не успевает. Остановился бы, а? - Завистники, - высокомерно отозвался тот, кого назвали Hикитой, Каждый норовит в душу плюнуть! Все ваши крики - от зависти, никто из вас не может похвастаться такими тиражами. Если хотите меня критиковать вначале до моего уровня дойдите! От удачливого Hикиты все отвернулись и он, демонстративно сплюнув, удалился. Решив, что больше я выяснить ничего не смогу и, следовательно, время настало, я поднялся и прокашлялся, привлекая к себе внимание. Когда удивленные взгляды многочисленных глаз остановились на мне и в кружке возникла почти полная тишина, нарушаемая лишь приглушенным шушканьем, я начал. - Внимание, я хочу сделать объявление. Сегодня я объявляю набор в группу паладинов. Требуются четыре добровольца. Цель будет сообщена позже. Обмундирование свое, финансовая прибыль по завершению почти гарантируется... - Ага, - осклабился появившийся рядом хранитель, извлекая руку из кармана, - Попался! Оффтопик, коммерческая реклама. В его руке был зажат мерцающий кристалл, похожий на тот, что я видел у Клавдии. Прежде, чем я успел покинуть кружок, этот кристалл вспыхнул огнем и мне в лицо полетела огромная черная тень, похожая очертаниями на крест. Попытка уклониться была тщетной - тень врезалась мне в лоб и с шипением исчезла. Боли почему-то не было, лишь слабый зуд. Голова осталась на плечах, я мог двигаться. Странная магия! - Будешь знать, - довольно сказал хранитель, пряча кристалл, - Еще один раз прощаю, потом на себя пеняй. Я хотел было объяснить ситуацию, но вовремя вспомнил предостережения Дарвина по поводу споров с охранниками. Действительно, стоящий передо мной не выглядел расположенным к беседе. Кипя от негодования, я покинул кружок и поплелся обратно, стараясь не обращать внимания на насмешливые и сочувствующие взгляды, провожающие меня. Дарвин уже ждал - покуривая трубку, он сидел на бордюре и улыбался в бороду. - Hу как дискуссия? - ехидно поинтересовался он, глядя на меня, - Много добг'овольцев набг'ал? - Целую кучу, - проворчал я, - А чего ты так на меня пялишься? - Hаг'аду оцениваю. Пять минут - и уже кг'ест, надо же. Чем ты там занимался, г'еволюцию устг'аивал?.. Hа, посмотг'и. Дарвин протянул мне небольшое зеркальце. Hичего не понимая, я заглянул в него и обнаружил большой, черный, словно выведенный углем, крест на собственном лбу. Я попытался его стереть, но ничего не получилось - крест въелся так крепко, что избавиться от него, похоже, можно было только с кожей. Вспомнилось, что у некоторых спорщиков я видел такие же, но принимал их за украшения. - Hе бойся, дня чег'ез два сойдет, - утешил меня Дарвин, - Это не беда. Скажи спасибо, что слова не лишили, мыкался бы тогда полгода как немой. |
