— Да неужели. — Ледяным тоном произнесла она. — Может, по телефонному номеру ты ещё сможешь определить возраст, пол и вес, о Великий Белый Охотник?

Её последняя реплика была тонким намёком на его военное прошлое; Оливия была пацифисткой, поэтому с большой неохотой изучала что-либо связанное с оружием.

— Только не пол, — сказал он, ухмыляясь. — Это я определяю другим способом. — Потрепав её волосы, он отошёл на достаточно благоразумное расстояние от неё и закончил:

— Дело не в этом. Я часто покупаю такие карточки для междугородних звонков. Поэтому я знаю, как выглядит такой телефонный номер на определителе. Доверьтесь моему опыту. Я бы сказал, что это карточка фирмы AT&T, которую легко можно купить не только в торговом центре, но и в любом другом месте.

Когда Милла путешествовала и сотовая связь постоянно обрывалась, она часто покупала подобные карточки, но она сомневалась, что Оливия, с её обеспеченным прошлым, имела хоть малейшее представление об этом предмете. Если ей нужно было сделать звонок, а поблизости не было сотового, она звонила по домашнему телефону, или действовала при помощи кредитной карточки, таким образом, счёт составлял астрономические суммы.

Возвращаясь к теме разговора, Милла сказала:

— Вчера после обеда мне позвонили на мобильный и передали информацию касательно Диаса. Звонил мужчина. Я не обратила внимания на номер, но проверю, совпадает ли он с номером звонившей тебе сегодня женщины. Мы с Брайаном считаем, что это была ловушка. Не для нас, а для Диаса. Кто-то хочет от него избавиться. Мы добираемся до места и видим человека, который похитил Джастина. Единственный, кого я смогла узнать. Итак, у них какие-то разногласия с Диасом. Должна признать, получается слишком много совпадений.

Мила заметила, что пока она говорила, Оливия деловито записывала каждое предложение.

— Четверо мужчин приехали на двух машинах, по двое человек в каждой, вынули что-то из багажника одной машины и переложили в другую. Я не могла увидеть, что именно там было — потому что кто-то больно держал мою голову под таким углом, что ничего не было видно.

— Тело, — решительно сказал Брайан. — Тело, завёрнутое в брезент, или одеяло.

Холод пробрал Миллу до костей. Она должна была сама догадаться, но не могла думать ни о чем, кроме одноглазого мужчины. Ещё одно подтверждение тому, что ей следует держать свои эмоции под контролем, иначе она начинала упускать из виду очевидные вещи.

— Меня сбил с ног человек, которого интересовали эти четверо мужчин, и ему было абсолютно наплевать на то, что там делала я. Когда мужчины уехали, он вырубил меня, надавив на сонную артерию…

— Ты мне этого не рассказывала, — перебил её Брайан и строго посмотрел на неё.

— Ну сбили меня с ног, и что с того? По крайней мере, я не получила сотрясения.

— Да, если ты знаток. Ведь если нажимать на сонную артерию слишком долго, то можно нанести непоправимые травмы головного мозга. Хотя могу предположить, что если ты перекрываешь доступ крови к чьей-либо голове, значит, тебя не особо заботит состояние его мозга. Или её мозга, в нашем случае.

Это было как сигнал тревоги, без которого Милла могла бы обойтись, к пониманию того, как легко её можно застать врасплох. Она не всегда может себя защитить, разве что если перестанет идти напролом, но отодвигать поиски на второй план — для неё это не выход.

Милла попыталась подавить в себе нарастающее чувство тревоги.

— Я предполагаю, что мужчина последовал за одной из машин, хотя может быть он последовал за мной и Брайаном. Не могу придумать никакой другой мотивации, кроме любопытства, но следует учитывать и эту возможность. В баре, полном грубых мужланов, я предлагаю награду в десять тысяч американских долларов за информацию, которая может привести нас к Диасу, а сегодня утром звонит какая-то женщина и угрожает нас убить, если мы не перестанем искать его.