— Мне из офиса Хенли никто не звонил.

Произнеся эти слова, он заметил несколько записок, сложенных стопкой на его столе. Когда секретарь передал ему их на входе, Брейди был так занят своими мыслями, что взял их машинально и не просмотрел. Записка от Хенли была последней из шести. Он тихо выругался.

— Хорошо, скажи, сейчас выйду.

Брейди надел пиджак, галстук убрал в карман. Было уже поздно, он устал, хотел есть, как собака, и вдруг подумал, что лучше бы ушел вовремя, со всеми. Он снова посмотрел на записку. Эрин Махони. Брейди усмехнулся. Воспоминания детства, причем не лучшие. Была в его школе Эрин Махони, на два года младше, и он не знал покоя до тех пор, пока она, к счастью, не переехала на другой конец города.

Брейди попытался представить, какая она сейчас. Наверное, мучает своего мужа, несчастного страхового агента, и достает учителей в школе, где учатся ее дети, хмыкнув, подумал он. Его настроение немного улучшилось.

Все еще улыбаясь, он распахнул дверь и остановился как вкопанный. Эрин стояла к нему спиной, но до чего она была хороша! Высокая, с прекрасной фигурой, роскошными прямыми рыжевато-каштановыми волосами, она была одета в костюм, который идеально сидел на ней. Брейди даже на мгновение пожалел, что одиннадцать лет назад пошел учиться в полицейскую академию, а не принял приглашение дяди Майка работать у него в магазине готового платья. Ведь тогда он имел бы возможность каждый день обмерять столь прелестные формы.

Прервав разговор с клерком, Эрин обернулась к нему. Брейди по-прежнему оценивающе смотрел на нее.

— Хулиганка Махони! — Он произнес это почти беззвучно, но предательский огонек, мелькнувший в ярко-зеленых глазах Эрин, подсказал ему, что она все слышала.

— О, да это же Плакса О'Киф!

В ответ на ее широкую улыбку Брейди нахмурился. Эрин Махони повернулась к полицейскому, который столь любезно ее принял.

— Спасибо, сержант Росс, сказала она и, изящно наклонившись, подняла свой кейс.

Брейди, не отводя глаз, следил за ее движениями. Пара простых черных высоких каблучков делает привлекательные ножки сногсшибательными, подумал он, все еще пребывая в шоке.

— Мы можем где-нибудь поговорить? — мягко спросила Эрин.

Ее улыбка и понимающий взгляд говорили о том, что она хорошо знала, куда он смотрит, — все шло по ее плану. Как будто и не было последних двадцати лет. Они встретились всего минуту назад, а Брейди уже вынужден был занять оборонительную позицию. Эрин всегда отличалась напористостью. Ее способы нападения изменились, но были столь же эффективны.

Что ж, Брейди уже давно был не мальчик. А что с дамами иногда стоит быть пожестче, он помнил с тех самых пор, когда в него впервые выстрелила женщина.

— Насколько я понимаю, просить тебя отложить нашу милую беседу на завтра бесполезно? Мое дежурство закончилось… — он посмотрел на часы, — уже несколько часов назад.

— Знаю, что очень поздно, но я провела у мэра весь день. И завтра утром встречаюсь с ним первая. Но сначала надо поговорить с тобой. Ты получил записку от Хенли?

Брейди обреченно вздохнул.

— Проходи, второй стол справа от…

Оглянувшись вокруг, Эрин прервала его.

— А нет ли местечка потише? Это очень деликатный вопрос.

Ее духи пахли чертовски приятно. Не нежным ландышем, нет. От нее исходила волна пряного запаха со сладкой ноткой корицы. Да ладно, после четырнадцатичасового рабочего дня, пропитанного запахом дешевого кофе, любые духи покажутся приятными.

— Ты здесь по поводу убийства Сандерсона?

— Да. Может, поговорим в комнате для допросов?

— Здесь все знают все подробности, мисс Махони.