Однако теперь он ходил на своих ногах, его даже не покачивало, хотя по всему телу то тут то там он ощущал, как будто большие ожоги. Однако эти ощущения были мимолетны и на коже в этих местах не возникало даже легкого покраснения.

В конце концов, в какой-то момент очередное забытье Паркера перешло в полноценный сон и он проснулся, когда на улице был день.

В квартире было пусто – Мосса с его непрекращающимся звоном бутылок и переговорами по диспикеру не было.

Как оказалось, Паркер заснул на небольшом диванчике в гостиной теперь, оглядевшись, он увидел странную картину – по всей гостиной валялись пустые бутылки, высокие винные бокалы из которых Мосс пил крепкие напитки, а также кучей сваленные все вещи Паркера, рядом с раскрытым чемоданом. Тут же лежала золотая печатка, которую Паркер так и не решился носить в офисе, его дорогие часы «от Гуччо Мая» и неизвестная чипкарта зеленого цвета – такой у Паркера не было.

А еще – большой чемодан паркера – он был раскрыт, словно пасть ненасытного зверя и требовал определенной поживы. Что за намеки?

Он еще продолжал оставаться на диване собираясь силами и мыслями, когда хлопнула дверь и в гостиную вошел Мосс с сумкой, в которую без труда угадывались силуэты бутылок.

– О, очнулся, боец! А у меня горючка кончилась, пришлось сбегать!

– Слушай… Слушай, а что происходит? – спросил Паркер.

– А что происходит? – из кухни ответил Мосс, загружая бутылки в холодильный шкаф.

Паркер встал на ноги, прошелся по замусоренной гостиной и вернулся на диван. Он был еще слаб.

– Ты про что спрашиваешь? – уточнил мосс возвращаясь с полным бокалом какого-то спиртного, такого пахучего, что Паркер сумел почувствовать его запах.

– Моя одежда и вещи… Зачем ты их бросил на пол?

– Я не бросил, я пытаюсь ускорить процесс, Джонни. Дело в том, что Гуччо Май сдался властям.

– Что значит сдался?

– Ну, того требуют некие политические изменения. Он удачно договорился со своими кураторами в госорганах. Подробностей я не знаю. Но так было нужно, чтобы обхитрить врагов Гуччо, в том числе и Управление по наркотикам. Поэтому мы сворачиваемся, но тебе нужно сразу уехать, чтобы потом, если все закрутится, ты не оказался в столь наскучившим тебе городе – Карсаменто.

– То есть, я могу поехать домой?

– Да, приятель, именно к этому я и подвожу. Уже и вещички твои собрал, вот только в чемодан уложить не могу. Ну, не умею я этого делать. И кстати, ты зелененькую карту видел?

– Да, что это за карта?

– Там тебе бонус за героическое сопротивление. Кто знает, не устрой мы там такого шума, может они бы довели все до логического завершения.

– А в чем было завершение?

– Ну, ликвидация служащих торгово точки и уничтожение, а лучше захват товара. Ни того ни другого им сделать не удалось. Кто же знал, что мы с тобой такие крепкие ребята, – с этими словами Мосс отхлебнул сразу полбокала и зажмурился. – Эх, надо было взять ту, что подороже. Привык, понимаешь, на бухле экономить, а это…

– Здоровье? – попытался угадать Паркер.

– Нет, эмоции, яркость восприятия. Ну и здоровье конечно тоже.

– Ну и вот, я рассказывал, как мы там с тобой противостоять врагам, и нам выдали бонус. Гуччо так и сказал: Солдату, за его героическое поведение. Там на карте тридцать штук, если что.

– Тридцать? – удивился Паркер и еще раз взглянул на зеленую карту с красивой голограммой.