– Ну и прекрасно, рекомендации врачей на то и существуют, чтобы их нарушать. Ты что будешь заказывать?

Паркер озадаченно посмотрел на середину стола, где должна была располагаться панель заказов, но Липскер перехватив его взгляд засмеялся.

– Нет, Джон, это заведение другого уровня, здесь все делают живые люди. Эй, подойдите!

На его зов тотчас подбежал услужливый официант и изогнувшись вопросительным знаком, застыл с блокнотом и магнитным карандашом, готовый записывать все пожелание избалованных клиентов.

Паркер слегка опешил, поскольку видел такое только в исторических фильмах.

– Мне чего-нибудь легкого. Ну, там, может фруктового гидро?

– Есть замечательный цитрон, на антарктической воде, – произнес официант с интонацией школьного учителя.

– Хорошо, – согласился Паркер, хотя слышал эти названия впервые.

– А покушать? – напомнил официант.

– Целлюлозу.

– Спанозу или селт?

– А какая тоньше?

– Они обе тонкие, только спаноза полуферментированная.

– Тогда давайте обе. И адаптер соответствующий.

– Разумеется, сэр.

Официант убежал выполнять заказ, а Липсток многозначительно посмотрел на Паркера и сказал:

– Так, все таки диета, Джон?

– Это не навсегда. Нужно держаться минимум год, но лучше три. А я продержался уже полтора.

– Как вы это выносите, – покачал головой Эдвард и жадными большими глотками допил воду из высокого стакана. – Я как-то сидел на целлюлозе полгода. Теперь даже вспоминать жутко.

И он вздрогнул от таких воспоминаний.

– Ладно, я вас ненадолго оставлю, мне нужно это… Ну, освежиться.

С этими словами, опершись на стол Эдвард тяжело поднялся и нетвердой походкой направился в сторону туалетных комнат.

– Интересный парень. Что у тебя с ним за дела? – спросил Паркер.

– Мы уже все обговорили, еще до твоего прихода.

– А чем ты занимаешься? И вижу – не бедствуешь, – сказал Джон обводя взглядом убранство ресторана.

– По протекции родственника попал в службу безопасности одной компании. Должность невысокая, я в этом пока мало что понимаю, но стараюсь, жить то как-то нужно, – ответил Липсток и развел руками.

Паркер кивнул. Ганс всегда был немногословен, когда дело касалось его работы. Так было и в полку. Рассказать о штабных слухах – пожалуйста, но о своих служебных обязанностях ни полслова.

Джон помнил, что у Ганса был какой-то влиятельный дядя. Вроде даже в спецслужбах. Сам Липсток об этом не говорил, но Паркер сделал выводы по косвенным признакам и каким-то высказываниям приятеля.

– Жениться еще не собрался?

– Подумываю, Джон, подумываю. Надо же реализовывать наши солдатские мечты и планы. Помнишь, как мы их строили?

– Да, но оттуда все выглядело просто: стоит вернуться в мирную жизнь и все наладится само собой.

– А оказалось?

Появился официант, легкий, как утренний бриз и оставив заказ на столе, исчез, будто растворившись в воздухе.

Паркер рассеянно посмотрел на заказанные блюда и сказал:

– А оказалось, что тут такая же… Ну, не война, но борьба довольно свирепая. Часто даже стреляют.

– Ты буквально?

– Буквально, – кивнул Паркер.

– Так чем же ты сам на жизнь зарабатываешь? Одет дорого, по последней туристической моде.

Они засмеялись.

– Я чиню обрабатывающие и функциональные блоки серверов.

– Вот как? Что-то я от тебя ничего такого раньше не слышал.